Что произошло
9 июля 2026 года группа изданий во главе с The New York Times подала в федеральный суд Манхэттена ходатайство о санкциях против OpenAI. По утверждению истцов, компания почти два года вводила суд в заблуждение: заявляла, что не может искать в своих моделях следы обучения на защищённых авторским правом статьях, хотя внутри такие поиски уже проводила. Это позиция стороны обвинения в рамках копирайт-иска, а не установленные судом факты — OpenAI обвинения отвергает.
Детали
Ключевые пункты ходатайства (все — утверждения истцов, по материалам Ars Technica и TechCrunch):
- OpenAI, по версии NYT, ещё до подачи иска собрала базу из примерно 78 млн деидентифицированных диалогов ChatGPT и по ней оценивала, насколько её модели воспроизводят чужой контент.
- После подачи иска компания, как утверждают истцы, удалила «миллиарды» релевантных логов ChatGPT или сделала их непригодными для поиска — вопреки предписанию суда о сохранении доказательств.
- Изначально истцы запрашивали 120 млн логов; объём согласовали до выборки в 20 млн. Эта выборка, переданная в декабре 2025 года, по их словам, содержала столько скрытых фрагментов (redactions), что стала «непригодной».
- Внутренний «Bloom»-фильтр в рамках проекта Project Giraffe, как утверждается, фиксировал случаи дословного воспроизведения (regurgitation) чужих текстов в ответах модели.
Что просят истцы: запретить OpenAI использовать 20-млн выборку как доказательство, признать установленным фактом, что полные логи показали бы «массовое» воспроизведение, и взыскать судебные издержки.
Позиция OpenAI: «По мере того как дело Times слабеет и им приходится снимать претензии к нам, они продолжают вторгаться в приватность людей, не имеющих отношения к делу, — в том числе выдвигая заведомо ложные обвинения».
Что это значит
Кого касается. В первую очередь — всю индустрию ИИ и вопрос обучения моделей на защищённом контенте: это ядро десятков исков к разработчикам. Косвенно задевает и пользователей ChatGPT — спор идёт вокруг того, кто хранит и анализирует миллионы их диалогов.
Риск или возможность — с цифрой. Если суд удовлетворит ходатайство, он может признать установленным фактом, что модели OpenAI массово воспроизводили тексты NYT, — не разбирая 20-млн выборку по существу. Для процесса, где на кону сам принцип «можно ли учить ИИ на чужом контенте», это тяжёлый удар: дальше OpenAI пришлось бы защищаться уже с презумпцией нарушения.
Горизонт. Решение по санкциям вынесет судья в ближайшие недели-месяцы; сам иск тянется с конца 2023 года, и до вердикта по существу далеко. Пока это процессуальный эпизод, а не приговор — но он способен задать тон всему разбирательству и другим копирайт-искам к ИИ-компаниям.
Контекст
Это развитие сюжета, который мы уже разбирали: в конце июня NYT расширила иск и на Microsoft, заявив, что та специально строила суперкомпьютер под обучение OpenAI. Новое ходатайство смещает акцент с вопроса «на чём учили» на вопрос «что скрыли на следствии» — а обвинения в уничтожении доказательств в американском процессе весят не меньше, чем сам первоначальный иск.
