Децентрализованные соцсети: 3,3 млн аккаунтов Farcaster и десятки тысяч пишущих

Коротко (TL;DR)

• Зарегистрированных аккаунтов много, пишущих мало — и это не оценка, а измерение. У Farcaster в реестре 3 346 711 аккаунтов на 15 августа 2026 года (счётчик контракта в сети Optimism), а сторонние дашборды дают 40–60 тысяч активных в сутки на октябрь 2025-го.
• Bluesky: около 46 млн регистраций по собственной статистике сети, при этом мобильное приложение в июне 2026-го имело 10,4 млн активных за месяц — минус 27,2% год к году. От пика конца 2024 года, когда квартальное среднее было 22,1 млн, приложение потеряло около половины аудитории.
• Mastodon считают дважды и получают разное: 3,04 млн аккаунтов в собственном каталоге сети и 8,73 млн у независимого краулера. Активных за месяц — 964 тысячи.
• У Nostr единой цифры нет по устройству протокола: каждый релей видит свой кусок сети. На релее nos.lol за 2 часа 22 минуты 15 августа писали 473 разных ключа.
• Даже сумма всех регистраций сегмента меньше суточной аудитории одного X (123,7 млн человек в мобильном приложении в июле 2026-го).
• Рост Farcaster в 2026-м — это не пришедшие люди, а автоматически заведённые аккаунты приложения Base: в нашей выборке среди номеров, выданных до августа 2025 года, имена вида *.base.eth встречаются у 4% аккаунтов, среди выданных в 2026-м — у 86%.
• Цифра «80 тысяч», с которой сегмент обычно вспоминают, — из мая 2024 года. Это была оценка суточной аудитории Farcaster на момент раунда в $150 млн, и даже она шаткая: в том же тексте-первоисточнике рядом стоит другая оценка на ту же дату — 45 тысяч.

Главная мысль дальше простая: у каждой сети свой счётчик, и он считает разное. Пока вы не знаете, что именно меряет цифра, складывать её с соседней бессмысленно.

Ещё одно уточнение на входе. Этот сегмент называют по-разному — децентрализованные социальные сети, Web3-соцсети, социальные сети на блокчейне, — и эти слова не синонимы. Mastodon и Bluesky к блокчейну отношения не имеют вовсе; у Farcaster в блокчейне живёт только идентичность, а сами посты вне его; у Lens в сети хранится всё. Дальше мы держим это различие в уме, потому что от него напрямую зависит, кто и что считает.

Сколько людей в децентрализованных соцсетях: цифры пяти сетей

Ниже — сводка по пяти сетям. В третьей колонке специально написано, что именно считает цифра: это и есть главное, что теряется в чужих подборках.

Первое, что видно из таблицы: разброс между «зарегистрирован» и «зашёл» — в разы и десятки раз. У Bluesky это 46 млн против 3 млн, то есть примерно один к пятнадцати. У Farcaster соотношение ещё жёстче. У Mastodon активны 11% аккаунтов.

Второе: сегмент маленький. Сравним нарочно нечестно — в пользу сегмента. Сложим все РЕГИСТРАЦИИ пяти сетей, не вычитая ни ботов, ни мусор из реестра: получится порядка 60 млн. И даже эта завышенная сумма меньше, чем СУТОЧНАЯ аудитория одного X — 123,7 млн человек в июле 2026-го. Складывать регистрации разных сетей и сравнивать их с активными нельзя, и именно поэтому пример показателен: сегмент проигрывает даже при счёте, подтасованном в его пользу.

Проверка смарт-контракта токена перед подписью: чек-лист из 8 шагов

Токенизированные облигации и недвижимость: минимальный вход и кто допущен

Доход от DePIN-сетей: что платят за GPU, трафик, диск и антенну

Web3-кошелёк биржи против MetaMask: где лежит ключ и что будет при блокировке

GameFi после краха play-to-earn: как устроены игровые экономики на блокчейне

Регистрация, DAU и «активный за 30 дней»: что считает каждый счётчик

Цифры выше нельзя складывать, потому что получены они пятью разными способами. Разберём каждый — это займёт минуту, зато после неё вы перестанете верить чужим подборкам.

Ончейн-регистрация (Farcaster). Аккаунт создаётся транзакцией в контракте IdRegistry в сети Optimism — это сеть второго уровня над Ethereum. У контракта есть счётчик idCounter(), который, по справочнику контрактов в документации Farcaster, «возвращает наибольший выданный fid». То есть это счётчик созданий, и он не уменьшается никогда: аккаунт нельзя удалить так, чтобы номер вернулся. Ноль информации о том, жив ли аккаунт.

Запись в каталоге личностей (Bluesky и весь AT Protocol). Здесь аккаунт — это DID, идентификатор в общем каталоге plc.directory. Записать туда DID может любой сервер, и, как мы покажем ниже, этим уже пользуются не только люди.

MAU и DAU мобильного приложения (Bluesky в прессе). Когда СМИ пишут «у Bluesky 10,4 млн активных», это данные аналитической компании Similarweb по мобильному приложению. Веб-версия и сторонние клиенты в эту цифру не входят. Сама Bluesky ни дневную, ни месячную аудиторию не публикует вообще — только счётчик регистраций. Поэтому у вопроса «сколько пользователей в Bluesky» три разных верных ответа: 46 миллионов, если считать регистрации; 10,4 миллиона, если считать заходы в приложение за месяц; около 3 миллионов, если за сутки.

«Активные за неделю» на сервере (Mastodon). Каждый сервер федерации сам считает, сколько его аккаунтов заходило за последние 7 или 30 дней, и отдаёт число в API. Дальше всё зависит от того, чьи серверы вы просуммировали.

Пишущие ключи на релее (Nostr). Реестра аккаунтов в Nostr нет вовсе: пользователь — это пара ключей, а сообщения лежат на независимых релеях. Посчитать можно только тех, кто писал на конкретный релей за конкретное время.

Отсюда практическое правило: у цифры аудитории всегда спрашивайте три вещи — что считали, где считали и на какую дату. Без любой из трёх это не данные, а число.

3,3 млн аккаунтов Farcaster: откуда взялся рост и кто в нём молчит

Farcaster устроен гибридно: идентичность и ключи живут в контрактах в сети Optimism, а сами сообщения — вне блокчейна, в сети узлов Snapchain. Значит, число аккаунтов можно не оценивать, а прочитать.

Мы прочитали счётчик idCounter() контракта IdRegistry (адрес 0x00000000Fc6c5F01Fc30151999387Bb99A9f489b, сеть OP Mainnet) на блоках с нужными датами. Вот кривая:

Читается это так. С августа 2025-го по июнь 2026-го сеть добавила 2,14 млн аккаунтов — почти вдвое больше, чем накопила за все предыдущие годы вместе (к 15 августа 2025-го их было 1,20 млн). А потом рост встал: за два последних месяца прибавилось 9,5 тысячи, около 160 регистраций в сутки.

Откуда взялась волна? В июле 2025 года Coinbase переименовала свой кошелёк Coinbase Wallet в Base App и встроила в него ленту на протоколе Farcaster. Бета шла с середины 2025-го, а глобальный запуск более чем в 140 странах состоялся в декабре 2025-го — ровно перед тем полугодием, когда сеть добавила 1,3 млн аккаунтов.

Мы проверили связь на своей случайной выборке аккаунтов, посмотрев на их имена: приложение Base выдаёт пользователю адрес вида имя.base.eth. Взяли 251 случайный номер аккаунта и запросили по каждому имя через официальный API. Имя нашлось у 206, и вот как оно распределено по возрасту аккаунта:

Зависимость монотонная и совпадает по датам с запуском приложения. Иными словами, значительная часть «роста Farcaster» — это пользователи кошелька Base, которым идентификатор завели заодно с ним, а не люди, пришедшие писать посты.

Отдельно стоит убрать популярное объяснение «в Farcaster не идут, потому что регистрация платная». Она больше не барьер: контракт StorageRegistry на 15 августа 2026 года отдаёт цену единицы хранения usdUnitPrice() = $0,20 (при этом официальная документация всё ещё пишет $7, а в разборах 2025 года фигурировали $5 в год). Цена входа упала в 25–35 раз — и, как видно по кривой, рост от этого не вернулся.

Выборка из 226 аккаунтов Farcaster: две трети не написали ничего

Раз число аккаунтов известно точно, а число живых людей — нет, мы измерили разрыв сами.

Как считали. Взяли 251 случайный номер аккаунта из диапазона от 1 до 3 346 708 (псевдослучайная выборка без повторов с фиксированным зерном, чтобы её можно было повторить) и по каждому сделали один запрос к официальному API Farcaster: «отдай последнее сообщение этого аккаунта». Пустой ответ означает, что сообщений у аккаунта нет. Двадцать пять запросов не прошли из-за ограничения API (500 запросов в час) — их мы просто выбросили и считаем доли от 226 полученных ответов.

Что получилось (срез на 15 августа 2026 года):

• 152 аккаунта из 226 (67,3%) не имеют ни одного сообщения.
• За последние 30 дней написал один аккаунт из 226.
• За последние 90 дней — пять.
• Хоть раз за последний год — 46 (20,4%).

Где у этого метода границы. Во-первых, выборка небольшая: доля «никогда не писавших» имеет погрешность около шести процентных пунктов, а по суточной активности выборка такого размера вообще не даёт точной оценки — она лишь показывает, что активных аккаунтов не десятки процентов, а доли процента. Во-вторых, Farcaster удаляет сообщения аккаунтов, у которых закончилось оплаченное хранилище, поэтому «сообщений нет» и «никогда не писал» — не строго одно и то же; для аккаунтов волны 2025–2026 годов, а это большая часть диапазона, оплаченный год ещё не истёк.

Даже с этими оговорками порядок величины сходится со сторонними оценками: 40–60 тысяч активных при 3,35 млн регистраций — это 1,2–1,8%.

Полезная деталь для масштаба: у сооснователя сети Дэна Ромеро, самого заметного аккаунта Farcaster, 121 175 подписчиков на 15 августа 2026 года. Это потолок охвата внутри сети, а не рекорд отдельного блогера.

Реестр личностей Bluesky: откуда берутся 246 тысяч новых DID в сутки

С Bluesky история зеркальная: активность там измеряют сторонние аналитики, а регистрации можно посчитать самому — каталог plc.directory, где живут идентификаторы всей сети AT Protocol, отдаёт полную выгрузку операций.

Как считали. Взяли восемь окон по 1000 операций каталога, равномерно распределённых по 14 августа 2026 года (каждые три часа). Суммарно это 2789 секунд суток — около 3,2% времени. По каждой операции смотрели, какой сервер (PDS) указан как хранилище данных.

Что получилось:

• В пересчёте на сутки каталог принимает около 246 тысяч новых идентификаторов в день.
• Примерно три четверти из них создаёт один сторонний сервер, pds.trump.com.
• На собственные серверы Bluesky приходится около 60 тысяч новых идентификаторов в сутки.

Дальше начинается самое интересное. Сервер pds.trump.com не отвечает по HTTP вообще — запрос к нему обрывается на установке соединения. Все проверенные записи этой волны заявляют один и тот же адрес пользователя, donald.trump.com, DNS-записи для подтверждения этого имени не существует, а сама Bluesky такие идентификаторы не показывает: запрос профиля возвращает «профиль не найден». То есть это мусор в общем реестре личностей, а не пользователи.

Для сравнения мы сняли такое же окно за 1 ноября 2025 года: тогда каталог принимал около 48 тысяч идентификаторов в сутки, и 99,9% из них приходилось на серверы самой Bluesky.

Практический вывод: любая цифра вида «в AT Protocol N миллионов личностей» с осени 2026 года не значит ничего. Считать имеет смысл либо регистрации на серверах Bluesky, либо активность в приложении — и это, как мы видели, две очень разные величины.

И ещё одна цифра, которую стоит держать в голове рядом с ростом регистраций: аудитория приложения Bluesky сокращается. В июне 2026-го — 10,4 млн активных за месяц (минус 27,2% год к году), в июле — около 3 млн в сутки (минус 25,6%). От пика конца 2024 года, когда квартальное среднее было 22,1 млн, приложение потеряло примерно половину аудитории. При этом те, кто остался, ходят регулярно: отношение суточной аудитории к месячной — около 29%, столько же, сколько у Threads.

Кто платит за посты: рента Farcaster, серверы Mastodon, релеи Nostr

Обещание «ваши посты не принадлежат корпорации» упирается в скучный вопрос: кто оплачивает диски и трафик. В каждой из сетей ответ свой, и от него напрямую зависит, что случится с вашим архивом.

Farcaster — арендная модель. Аккаунт покупает единицу хранения: она стоит $0,20, живёт год и даёт квоту в 5000 постов, 2500 реакций и 2500 подписок. Если квота кончилась, самое старое вытесняется новым. Если аренда не продлена — 30 дней отсрочки, после чего сообщения могут быть удалены. На 15 августа 2026 года оплачено 4 398 569 единиц хранения из технического лимита в 100 млн.

Mastodon — платит администратор сервера. Каждый сервер федерации — это чей-то счёт за хостинг. Отсюда главный риск: сервер закрывается — аккаунты на нём исчезают вместе с ним. И отсюда же перекос, который видно в цифрах: в официальном каталоге 346 серверов, но на один mastodon.social приходится 921 100 аккаунтов (30,3% каталога) и 269 379 активных за неделю — 58% всех активных. Формально сеть распределённая; фактически больше половины живой активности сидит на одном сервере.

Nostr — платят владельцы релеев. Релей может быть бесплатным, платным или закрытым, и он сам решает, что хранить и как долго. Ваш пост существует ровно там, где его согласились держать. Отсюда и невозможность общей цифры: 15 августа мы подключились к двум крупным релеям в один и тот же час и получили разные срезы — на nos.lol за 2 часа 22 минуты писали 473 разных ключа, на relay.damus.io за 20 минут — 204. Это не противоречие в данных, это устройство сети: единого списка людей в Nostr нет и не предполагается.

AT Protocol — здесь тоньше всего. Свой сервер данных (PDS) поднять действительно можно, это дёшево. Но, как честно пишет официальная документация протокола, Relay «реплицирует данные со всех PDS и репозиториев сети», а для собственного AppView (это то, что собирает ленту, поиск и подписки) нужно «реплицировать все данные сети». Другими словами: свои данные вынести к себе можно, а вот ленту, поиск и «кто кого читает» на практике собирает инфраструктура Bluesky — потому что копировать всю сеть на своём сервере способны единицы.

Похожая история с Farcaster: бесплатный публичный узел hub.pinata.cloud на 15 августа 2026 года отдавал по аккаунту основателя сети последнее сообщение от 28 ноября 2025 года, тогда как официальный API — от 15 августа 2026-го. Формально сеть открыта и её можно читать напрямую; фактически свободный узел отстал на восемь месяцев, и работающий доступ — это платный сервис.

Ключи, серверы и бан: что здесь децентрализовано на самом деле

Сведём обещания к четырём проверяемым признакам.

Что из этого следует по-человечески. Идентичность действительно ваша только в Nostr и, с оговорками, в Farcaster и Lens — там она привязана к ключу, а не к аккаунту на чужом сервере. Возможность уйти со своими подписчиками есть везде — это, пожалуй, единственное обещание сегмента, которое работает в полном объёме. А вот «никто не забанит» не выполняется нигде: запись из протокола не удалят, но её перестанут показывать в том приложении, где вас читают, — и для читателя это ровно то же самое, что бан.

Деньги сетей: венчур Farcaster, подписка Pro и протокол как продукт

Farcaster живёт на венчурные деньги: $180 млн всего, из них $150 млн в мае 2024 года при оценке в $1 млрд — раунд вёл Paradigm, участвовал a16z crypto. Своего токена у сети нет. Собственный доход складывается из аренды хранилища и подписки Farcaster Pro за $120 в год (цену задаёт контракт на Base: 328 767 миллионных долей USDC в сутки). По разбору BlockEden, к октябрю 2025 года месячная выручка протокола опустилась примерно до $10 тысяч — против $180 млн привлечённых это доли процента.

Именно этим объясняется разворот продукта, о котором сооснователь сети сказал в январе 2025 года прямо: «Мы 4,5 года пытались ставить социальное на первое место, но это не сработало». Farcaster сместился в сторону кошелька и мини-приложений.

У Bluesky траектория другая, но вывод похож: компания смещает фокус с приложения на протокол — на нём растут сторонние проекты, а сама Bluesky в августе 2026 года уже под новым руководством. Для читателя это означает простую вещь: сеть, в которой вы заводите аудиторию, может перестать быть продуктом, ради которого её строили.

Mastodon и Nostr в этой рамке выглядят устойчивее ровно потому, что у них нет раунда, который может закончиться: Mastodon живёт на пожертвования и деньги администраторов серверов, Nostr — на энтузиастов и платные релеи. Цена этой устойчивости — отсутствие ресурсов на удобство.

Риски и барьеры: телефон при регистрации, ключи и один клиент

Ниже — то, обо что спотыкается обычный человек, и датированные риски сегмента.

• Вход больше не бесплатный и не анонимный. Сервер Bluesky на 15 августа 2026 года отвечает, что приглашения не нужны, но подтверждение номера телефона обязательно. У Farcaster вход стоит $0,20 в криптовалюте — сумма смешная, но требует кошелька и сети Optimism.
• Ключ теряется навсегда. В Nostr приватный ключ — это и есть личность; восстановления по устройству протокола нет. В Farcaster потеря доступа лечится адресом восстановления, но о нём нужно позаботиться заранее.
• Зависимость от одного клиента. Основное приложение Farcaster делает сама команда протокола, и именно его разборы называют «самым популярным клиентом». Формально написать свой клиент может кто угодно — на то и открытый протокол; фактически заметных альтернатив в сети не появилось.
• Аудитория сокращается, а не растёт. У приложения Bluesky минус 27,2% год к году по месячной аудитории (июнь 2026) и минус 52% от пика конца 2024 года.
• Реестр личностей засоряется. Общий каталог AT Protocol в августе 2026 года принимает около 190 тысяч мусорных идентификаторов в сутки с одного неотвечающего сервера — и это единая точка, от которой зависит адресация всей сети.
• Инфраструктура «читать напрямую» деградирует. Бесплатный публичный узел Farcaster отстаёт на месяцы, а полноценный узел AT Protocol требует копии всей сети.

Кому эти сети подходят сейчас, а кому не стоит тратить время

Идти стоит, если вы разработчик и вам нужен открытый социальный граф: у Farcaster и Lens он действительно открыт, данные читаются программно, а идентичность переносится между приложениями. Стоит идти и если вы цените устойчивость к цензуре выше удобства — тогда ваш вариант Nostr, где кроме ключа вам ничего не нужно.

Идти можно, если вы ищете спокойную ленту вместо алгоритмической: Bluesky и Mastodon дают именно это, и три миллиона человек в сутки — вполне живая среда для общения, пусть и не для охватов.

Не стоит тратить время, если вы приходите за аудиторией. Цифры выше говорят прямо: даже у сооснователя сети, самого заметного аккаунта Farcaster, 121 тысяча подписчиков — и это верхняя граница охвата внутри сети, а не средний результат. И тем более не стоит рассчитывать на «раннего пользователя, которому потом что-то раздадут»: своего токена нет ни у Farcaster, ни у Bluesky, ни у Mastodon, ни у Nostr, а история аирдропа Farcaster давно закрыта — чем она закончилась, мы разбирали отдельно.

Что устареет первым. Быстрее всего меняются цифры активности: месячная и суточная аудитория Bluesky пересчитывается ежемесячно, оценки активных Farcaster — при каждом обновлении дашбордов. Дольше всего живут архитектурные вещи: модель аренды хранилища, схема ключей и то, кто может забанить. Проверять свежие числа лучше там же, где брали мы: счётчик контракта Farcaster в эксплорере Optimism и каталог серверов Mastodon отдают их без посредников.

FAQ

Сколько человек реально пользуется Farcaster каждый день? Точной цифры нет ни у кого, включая саму сеть: она публикует только число созданных аккаунтов. Сторонние дашборды на октябрь 2025 года давали 40–60 тысяч активных в сутки, а более строгая метрика «проверенных активных» в том же разборе — около 4,4 тысячи. Наша выборка из 226 случайных аккаунтов согласуется с нижней границей: активных там доли процента от 3,35 млн регистраций.

Bluesky работает на блокчейне? Нет. Bluesky построена на AT Protocol, где нет ни блокчейна, ни токена: идентичность — это запись в общем каталоге, а данные лежат на обычных серверах, которые можно поднять самому. Именно поэтому Bluesky быстрее и понятнее криптовых конкурентов, но и децентрализация у неё другая: ключи от аккаунта у сервера, а не у вас.

Можно ли забрать подписчиков и уйти в другое приложение? Да, и это единственное обещание сегмента, которое выполняется целиком. В Farcaster и Lens социальный граф хранится в протоколе, поэтому любой клиент показывает те же подписки. В AT Protocol аккаунт переносится вместе с идентификатором на другой сервер. В Mastodon есть штатный переезд между серверами, в Nostr переносить нечего: ваш ключ и есть ваша личность.

Что будет с моими постами, если перестать платить за хранение? В Farcaster единица хранения оплачивается на год и даёт квоту в 5000 сообщений. После истечения даётся 30 дней отсрочки, а затем сообщения могут быть удалены — это прописано в документации сети как штатное поведение, а не как санкция. В Mastodon аналог оплаты — счёт администратора сервера: закрылся сервер, исчезли и посты. В Nostr всё зависит от политики релеев, где ваши записи осели.

Кто может забанить аккаунт в децентрализованной соцсети? Из самого протокола аккаунт обычно не удаляется, но это слабое утешение. В Bluesky приложение может скрыть аккаунт у себя, в Mastodon администратор сервера — заблокировать локально, а другие серверы — отрезать весь ваш сервер целиком, в Nostr каждый релей ведёт свой список. Практический результат тот же, что и в обычной соцсети: вас перестают видеть там, где вас читали.

Нужен ли номер телефона, чтобы зарегистрироваться в Bluesky? Да. На 15 августа 2026 года сервер Bluesky отвечает, что коды приглашений больше не требуются, но подтверждение телефона обязательно. Анонимной точки входа в сеть, начинавшуюся как открытая альтернатива, сейчас нет; обойти это можно только регистрацией на стороннем сервере протокола.