WBTC, cbBTC и Babylon: от $0,84 до $42,91 в год на $100 000 в биткоине

Коротко (TL;DR)

Биткоин сам по себе процента не платит. В его сети нет ни стейкинга (когда монеты блокируют ради работы блокчейна и получают за это награду), ни кредитного рынка. Чтобы биткоин что-то приносил, его нужно кому-то отдать: бирже, кастодиану-хранителю или протоколу. Ниже — четыре маршрута, по которым это делают, и цена каждого из них.

• Разрыв со стейблкоином измеряется не разами, а сотнями раз. В одном и том же кредитном пуле Aave v3 на Ethereum поставка USDC даёт 3,274 % годовых, поставка WBTC — 0,00669 %, cbBTC — 0,00084 % (данные на 27 августа 2026 года).
• На депозит $100 000 за год это: USDC в Aave — $3 274,36, биржевой вклад в BTC — $100,72, нативный стейкинг Babylon — $42,91, WBTC в Aave — $6,69, cbBTC в Aave — $0,84.
• Причина не в «рынке», а в загрузке пула. Биткоин массово поставляют, но почти не берут в долг: занято 3,67 % поставленного WBTC и 0,60 % cbBTC против 91,49 % у USDC.
• Обещанные обзорами «4–8 % у Babylon» арифметически невозможны: капитализация токена награды BABY — $54,88 млн против $3,14 млрд застейканного биткоина.
• Обёртки различаются не «степенью централизации», а видом контроля. У cbBTC в контракте есть поадресная блокировка, у WBTC её нет — зато есть общая пауза для всех держателей сразу.
• Один выход из обёртки стоит примерно тридцати годовых доходов: тариф погашения у децентрализованной альтернативы tBTC — 0,2 % от суммы против ставки 0,00669 % годовых у WBTC в Aave.

Четыре способа получить доход на биткоине и цена каждого

Дальше предполагается, что биткоин у вас уже есть: если ещё нет, отдельный разбор показывает, как заработать биткоин с нуля и сколько на этом реально выходит. Здесь вопрос обратный — что монеты могут заработать сами и чем вы за это платите.

Этот разбор — урок блока «Активы: что приносит доход» курса «DeFi: от первой транзакции до профи-стратегий».

Сложность в том, что финансовой надстройки у самого биткоина почти нет. Даже платёжный слой строится отдельным контуром: как устроены каналы Lightning Network — это уже вторая сеть поверх первой, со своими правилами и своими способами потерять деньги. Кредитных пулов и стейкинга в базовой сети нет вовсе, поэтому все четыре маршрута дохода сводятся к одному действию: биткоин передают кому-то ещё.

Bybit · Rewards Hubдо $30,100Внеси депозит, торгуй 14 дней — и забери награды в Rewards HubЗабрать бонус →

1. Биржевой вклад. Монеты лежат на счёте биржи, биржа платит процент. Юридически это кредит площадке, а не позиция в протоколе. Открытая ставка тут одна из немногих проверяемых машинно: официальный API Bybit на 27 августа 2026 года отдаёт по гибкому вкладу в BTC 0,1 % годовых, причём повышенные 0,4 % действуют только на первые 0,003 BTC (около $240) — всё сверх идёт по базовой ставке. Минимальный вклад 0,002 BTC, вывод в любой момент. Ставки таких продуктов площадки меняют часто и показывают в приложении, поэтому цифру всегда проверяют в момент вклада.
2. Кастодиальная обёртка WBTC. Биткоин отдают хранителю, а взамен в сети Ethereum выпускают токен, который стоит столько же. Дальше этот токен работает в DeFi — финансовых сервисах на смарт-контрактах, без банка в середине: его кладут в кредитный протокол или в пул на бирже.
3. Биржевая обёртка cbBTC. То же самое, но хранитель один и он же эмитент — Coinbase.
4. Нативный стейкинг Babylon. Единственный маршрут, где монеты не уезжают: биткоин остаётся в кошельке владельца в своей сети, а награда приходит отдельным токеном другой сети.

Разница между ними — не в проценте (проценты, как увидим, у всех околонулевые), а в том, кто физически держит монеты и что должно сломаться, чтобы они пропали. Обёртка при этом не «инвестиция»: сама по себе она не приносит ничего, это пропуск в чужую систему, где уже платят за что-то другое.

Молодые биткоин-киты сидят на рекордных $9,07 млрд бумажной прибыли — и это давление продаж

Visa показала ончейн-кредитование под выручку: $2,5 млрд с 2023 года и ни одного дефолта

Strategy пропустила недельную покупку биткоина и выкупила своих привилегированных акций на $176 млн

Биржевой Earn против DeFi: бонус живёт на первых 200–500 USDT

Рестейкинг (restaking): надбавка weETH — 0,0014 п.п., или 14 центов на $10 000

WBTC: кастодиан держит биткоин, а выпускают его мерчанты-институции

WBTC — самая старая и самая известная обёртка биткоина. Схема выпуска трёхсторонняя, и её стоит разобрать по ролям, потому что именно здесь спрятан риск.

Мерчант — компания-посредник с проверенной личностью, допущенная к выпуску через голосование управляющего сообщества. Именно к ней приходит клиент, который хочет обменять BTC на WBTC. Кастодиан — лицензированный хранитель, у которого физически лежит биткоин. По официальному описанию выпуска монеты появляются после того, как кастодиан подтвердил поступление BTC, а погашение работает зеркально: токен сжигается, биткоин уходит клиенту.

Практическое следствие: у розничного держателя прямого доступа к этому каналу нет. Он входит и выходит через рынок — биржу или децентрализованный обменник, — а значит, для него важен не резерв, а глубина пары.

На витрине резервов эмитента 27 августа 2026 года в обращении 116 499,2018 WBTC, а в резерве 116 512,0029 BTC. Излишек 12,8011 BTC (0,011 %) — обеспечение на месте с небольшим запасом. Прямой ончейн-замер контракта на Ethereum это подтверждает: 116 132,1827 монет, ровно та же цифра, что у CoinGecko.

Заявление эмитента о работе «на 25+ блокчейнах» его же таблица резервов не подтверждает.

Вне Ethereum лежит 367,02 WBTC — три десятых процента всего выпуска. Для читателя это переводится просто: если ваш сценарий живёт не в Ethereum, обёртки там формально «есть», но рынка под неё нет.

BYBIT EARNЗаставь крипту работатьПроценты на USDT и BTC без блокировки — деньги остаются под рукой.Разместить

Второй сигнал — журнал выпуска и погашения. В нём 1 355 записей, и самая свежая датирована 7 июня 2026 года, тогда как балансы на витрине обновляются в реальном времени. Из двадцати последних записей 18 — погашения на 1 617,279 WBTC, и только две — выпуск на 0,0025 WBTC, причём одна из них помечена как внутренний тест. Первичный канал не то чтобы закрыт — он просто почти не используется, и поток идёт в одну сторону.

Как проверить, что под обёрткой действительно лежит биткоин

Проверка резерва — единственная часть этой темы, которую читатель может выполнить сам, ничего не принимая на веру. По шагам она выглядит так.

1. Открыть витрину эмитента и записать два числа — сколько токенов в обращении и сколько монет в резерве. У WBTC это 116 499,2018 против 116 512,0029 BTC на 27 августа 2026 года.
2. Сверить обращение с самим блокчейном. Количество выпущенных токенов хранится в контракте и читается любым обозревателем сети или публичным узлом. Совпало с витриной — эмитент не рисует себе лишние цифры.
3. Открыть адреса хранителя. У WBTC список биткоин-адресов кастодиана опубликован с балансами: крупнейшие видимые — 3 013,0204 BTC, 2 620,7139 BTC и 2 402,0939 BTC. Каждый из них проверяется в любом биткоин-обозревателе за минуту, и сумма должна сходиться с заявленным резервом.
4. Понять, что именно вы проверили. Совпадение резерва не гарантирует ничего, кроме резерва. Оно не говорит, кто вправе выпускать новые токены и что произойдёт, если этим правом воспользуется чужой человек. Ровно на этом и ломаются обёртки — случай с eBTC разобран ниже.

У cbBTC третий шаг устроен иначе: доказательство резерва живёт на витрине самого эмитента, а не в виде публичного списка адресов, который читатель сверяет в блокчейне. Проверить его снаружи не получилось и у нас — страница резервов Coinbase 27 августа 2026 года отдавала отказ доступа и на обычный запрос, и на браузерный. Поэтому предложение cbBTC ниже везде взято независимо: прямым замером контрактов в трёх сетях плюс агрегатором.

Это и есть структурная разница между двумя обёртками, а не разговоры о том, кто «централизованнее»: у одной проверка внешняя и повторяемая, у другой — со слов эмитента.

cbBTC: другой эмитент, поадресная блокировка и рост на 78,8 % за год

cbBTC выпускает Coinbase, и хранитель здесь ровно один — она же. Схемы с мерчантами и голосованиями нет, выпуск и погашение автоматические внутри самой площадки. За полтора года эта простота собрала рынок.

Разрыв между двумя обёртками за год сжался с 72 394 до 17 808 биткоинов. У cbBTC вторая сеть работает по-настоящему: в Base лежит 44 741,0257 монеты против 49 786,2403 в Ethereum, ещё около 3 588 приходится на Solana и 71 монета на Arbitrum. Это меняет смысл графы «где принимается»: у WBTC она означает Ethereum и только его, у cbBTC — две живые сети.

Отдельно стоит замер ликвидности, потому что он опровергает маркетинг. Эмитент WBTC пишет о себе, что у него «самая глубокая ликвидность». Суточный оборот к предложению говорит обратное: 5,57 % у cbBTC против 1,27 % у WBTC — в 4,4 раза активнее при на 15 % меньшем предложении. Именно оборот, а не размер, определяет, во что вам обойдётся выход из позиции.

Цену обе обёртки держат ровно: 27 августа 2026 года WBTC стоил $79 853 при биткоине $79 913 (отклонение −0,075 %), cbBTC — $79 916 (+0,004 %). Это нормальное состояние спокойного рынка, а не гарантия: отклонения у обёрток появляются как раз в кризис, когда все выходят одновременно.

Главное различие лежит не в цифрах, а в контрактах, и его можно проверить прямым запросом к узлу сети. У cbBTC есть метод проверки чёрного списка isBlacklisted(address) и четыре разведённые роли: владелец, блокировщик, паузер и главный эмитент. Распоряжение может остановить именно ваши монеты, не трогая чужие. У WBTC такого метода нет вовсе — вызов отваливается с ошибкой, — но есть общий флаг паузы, которым владелец контракта останавливает переводы всем сразу. На 27 августа 2026 года пауза выключена у обоих токенов. Это разные риски, а не «один хуже другого»: у cbBTC он адресный, у WBTC — коллективный.

Babylon: биткоин остаётся в своей сети, а награда приходит в BABY

У Ethereum стейкинг встроен в сам протокол, поэтому там доход на монете — штатная функция сети; как из этого выросли ликвидные производные, показывает разбор Lido и stETH. У биткоина такой функции нет и не появится: его блоки защищает вычислительная работа майнеров, а не заблокированные монеты.

Babylon решает это иначе: биткоин никуда не уезжает и ни во что не заворачивается. Монеты остаются в кошельке владельца в биткоин-сети и блокируются по правилам протокола, а другие сети покупают у этой блокировки гарантию честного поведения и платят за неё собственным токеном. Механика самой делегации — тема отдельного разбора; здесь важен только результат для держателя.

По собственному API протокола на 27 августа 2026 года через Babylon застейкано 39 040,73 BTC, это около $3,14 млрд. Средняя ставка — 0,0429 % годовых, максимум по лучшему провайдеру — 0,6182 %. Независимая проверка сходится: DeFiLlama даёт 39 060,73 BTC, расхождение 0,05 %.

Три обстоятельства, без которых цифра ставки читается неправильно.

• Награда приходит не в биткоине. Платят токеном BABY, капитализация которого 27 августа 2026 года — $54,88 млн, то есть 1,75 % от стоимости застейканного через протокол биткоина. Доход в биткоинах вы не получаете, вы получаете токен, который нужно продать.
• Протокол сжался вдвое. $3,14 млрд против максимума $7,14 млрд 7 октября 2025 года — это −56,0 %; год назад было $6,28 млрд, то есть −49,9 % за двенадцать месяцев.
• Участники разошлись. Активны 30 финальити-провайдеров (участников, которые подписывают блоки чужих сетей и отвечают за это заблокированным залогом) из 132 зарегистрированных, активных делегаций 1 349 при 135 287 стейкерах за всю историю первой фазы.

Отдельная ловушка — витрина на главной странице протокола. Она показывает 56 853,16 BTC и $5,64 млрд, что подразумевает курс биткоина $99 203, тогда как реальный на ту же дату — $79 913. Это накопленный за всю историю итог первой фазы, посчитанный по старому курсу, а не действующий стейк. Витрина завышает реальный объём на 45,6 %, и именно её цифру переписывают обзоры.

Все четыре маршрута в одной таблице: кто держит BTC и сколько платит

Ядро урока: одна дата, один депозит, пять строк сравнения. Все значения — на 27 августа 2026 года.

Строка сравнения, ради которой всё считалось: USDC в том же пуле Aave v3, что и обе обёртки, даёт 3,274 % годовых — $3 274,36 на те же $100 000. Разница с WBTC — 489 раз, с cbBTC — 3 898 раз. По медианам за последние 365 дней разрыв ровнее, но того же порядка: 3,3050 % против 0,0060 %, то есть 551 раз.

Биржевой вклад в этом сравнении выигрывает у DeFi-лендинга в 15 раз, и это стоит проговорить прямо: 0,1 % годовых больше, чем 0,0067 %. Платите вы за это тем, что монеты лежат у площадки, а не в протоколе, — как устроен этот риск и что именно проверяют перед вкладом, разобрано в обзоре биржи Bybit. Ни один из четырёх маршрутов не даёт того, что читатель обычно ищет во фразе «доход на биткоине»: процент, сопоставимый со стейблкоином.

Почему WBTC платит $6,69 в год, а USDC в том же пуле — $3 274

Ответ не в «рынке» и не в риске обёртки, а в одной цифре — загрузке пула. В кредитном протоколе вроде Aave поставщик получает не фиксированную ставку, а долю того, что платят заёмщики. Формула по смыслу такая: ставка поставщика ≈ ставка заёмщика × загрузка пула, где загрузка — это отношение занятого к поставленному. Никто не берёт в долг — платить нечем, и ставка падает почти к нулю независимо от того, насколько актив надёжен.

Вот эти числа, снятые прямо из состояния пулов Aave v3 на Ethereum 27 августа 2026 года (сверено с агрегатором ставок DeFiLlama — цифры совпадают до пятого знака).

Проверим механизм на WBTC: ставка заёмщика в этом пуле — 0,36461 % годовых, загрузка 3,67 %. Перемножение даёт порядок величины ровно тот, что показывает пул: сотые доли процента. У cbBTC заёмщиков практически нет вовсе — занято 117 монет из 19 539.

Причина такого поведения понятна из логики самого рынка. Биткоин несут в кредитные протоколы как залог: под него берут стейблкоины, чтобы получить доллары, не продавая монеты. Обратная операция — занять биткоин — почти никому не нужна, кроме тех, кто открывает короткие позиции, а таких мало. Спроса нет — нет и процента. Поставщик обёртки в этой конструкции не кредитор, а залогодатель.

Отсюда следует практический вывод, который меняет постановку вопроса: обёртка нужна не ради ставки. Ставка здесь — округление. Обёртка имеет смысл тогда, когда вам нужен залог, а не процент: получить стейблкоины под биткоин, не продавая его. Всё остальное в цифрах не окупается.

Тот же порядок величин держится не только в одном пуле. По всему рынку на ту же дату WBTC представлен в 149 пулах на $4,59 млрд со средневзвешенной ставкой 0,0220 %, а если оставить только кредитные протоколы — 55 пулов, $4,16 млрд и 0,0076 %. У cbBTC 91 пул на $6,15 млрд даёт 0,0198 %, только лендинг — 43 пула, $6,07 млрд и 0,0008 %.

Обещания «4–8 %» у Babylon: почему этих процентов не существует

Проценты, которые обещают обзоры, проверяются не спором, а первоисточником и арифметикой. Мы взяли три самых распространённых утверждения и сверили каждое с тем же источником, на который они ссылаются.

Расхождение в первой строке — два-три порядка. Это не «данные устарели»: проверялся тот же источник и тот же месяц, на которые ссылается автор.

Со второй строкой ещё интереснее, потому что её можно опровергнуть без всякого API — одной арифметикой эмиссии. Награду платят токеном BABY. Капитализация BABY 27 августа 2026 года — $54,88 млн. Застейкано биткоина на $3,14 млрд. Чтобы платить BTC-стейкерам хотя бы 2 % годовых, протоколу пришлось бы выпускать наград на $62,8 млн в год — это 114 % всей капитализации собственного токена ежегодно. Обещанные 4–8 % требуют кратно большей эмиссии, то есть недостижимы не «пока», а в принципе. Реальная цифра из API (0,0429 %) даёт годовой поток наград около $1,35 млн, то есть 2,5 % капитализации BABY в год, — и вот это уже сходится.

Разрыв между витринным процентом и деньгами на руках — не особенность BTCfi. Он воспроизводится везде, где награда приходит в собственном токене протокола: разбор стейкинга ATOM, где 15 % годовых превращаются в 4,4 %, показывает ту же арифметику на другом активе. Правило простое: если процент платят токеном, сначала считают, сколько этого токена вообще существует.

tBTC, BTCB и LBTC: что платят остальные обёртки биткоина

Кроме двух главных обёрток на рынке есть ещё три заметные, и сравнение WBTC с ними закрывает вопрос «а если взять другую».

tBTC — децентрализованная альтернатива: биткоин хранит не одна компания, а группа операторов через распределённую подпись. Плата за это — размер: 4 369,39 монет и TVL (общая сумма средств, лежащих в протоколе) $362 млн на 27 августа 2026 года, то есть в 27 раз меньше WBTC. Ставка в том же Aave v3 на Ethereum — 0,00019 % при TVL пула $141 695 145, или $0,19 в год на $100 000. Зато у tBTC открыто опубликован тариф: 0 % за выпуск и 0,2 % за погашение — единственная обёртка, у которой стоимость выхода названа прямо.

BTCB — токен Binance в сети BNB Chain, обеспеченный биткоином в резерве биржи. Его особенность в том, что он живёт в собственной экосистеме, где кредитный спрос устроен иначе: в протоколе Venus ставка поставщика 0,178 % годовых при TVL пула $367 448 862 (среднее за 30 дней — 0,198 %). На $100 000 это $178,01 в год — больше, чем у всех четырёх основных маршрутов. В Aave на той же сети — 0,0183 %, то есть дело не в сети, а в конкретном рынке заимствований.

LBTC — обёртка, которую дополнительно отдают в рестейкинг, когда один и тот же залог одновременно охраняет несколько сетей. Здесь видна самая высокая ставка сектора: 1,124 % годовых в Symbiotic, и вся она целиком состоит из наград в токене — базовая доходность равна нулю. Тот же LBTC в обычных кредитных протоколах платит 0 %. Механика рестейкинга и его риски — отдельная большая тема; для нашего сравнения важен один вывод: плюсовой процент в BTCfi появляется там, где добавлен ещё один слой риска, а не там, где обёртка «лучше».

Риски обёртки в двух кейсах: делистинг WBTC и фальшивый eBTC

Абстрактные «риски централизации» проверить нельзя. Зато можно посмотреть на два случая, которые уже произошли, и увидеть, что именно ломалось.

Смена хранителя, о которой держатель узнал постфактум. 9 августа 2024 года BitGo передала гонконгской BiT Global частичный контроль над мультиподписью, в которой хранится обеспечение WBTC. 19 ноября 2024 года Coinbase объявила о делистинге токена, и 19 декабря он вступил в силу. Формулировка была общей: WBTC перестал соответствовать стандартам листинга. На тот момент у WBTC было свыше $13 млрд, у только что запущенного cbBTC — около $1,4 млрд. Через 21 месяц, 27 августа 2026 года, соотношение выглядит так: $9,27 млрд против $7,85 млрд. Держатель обёртки не участвовал в этом решении и не имел механизма на него повлиять — единственное, что он мог, это выйти.

Подделка права выпуска при целом резерве. 18 мая 2026 года злоумышленник получил приватный ключ администратора Echo Protocol и выпустил 1 000 токенов eBTC номиналом около $76,7 млн, не внеся ни одного биткоина обеспечения. Кредитный протокол Curvance принял их в залог: его ценовой оракул не умел отличать обеспеченные токены от необеспеченных. Реально извлечь удалось около $867 тыс. (11,29 WBTC), остаток эмитент сжёг, вернув контроль над ключами. Разбирающие инцидент публикации расходятся на день в дате события — 18 или 19 мая, — и мы берём дату более подробного технического разбора.

Второй случай важнее первого, потому что он бьёт по единственной проверке, которую читатель умеет делать сам. Резерв был на месте. Сломалось право выпуска: один административный ключ без ограничения объёма эмиссии и без мультиподписи. Проверка «сколько монет в резерве» этого не показывает в принципе, а у WBTC и cbBTC контроль эмиссии устроен по-разному — через институции-мерчанты у первого и через роль главного эмитента у второго.

Третий риск не связан со взломом вообще: он в том, что первичный канал WBTC простаивает с 7 июня 2026 года. Для розничного держателя это означает, что выйти он будет через рынок, и цена выхода определится оборотом пары, а не резервом.

Кому из четырёх маршрутов есть смысл отдавать биткоин

Сначала о масштабе. Все три инструмента вместе — 116 499,20 WBTC, 98 186,37 cbBTC и 39 040,73 BTC в Babylon — это 253 746,30 монет, или 1,264 % всех биткоинов в обращении (20 075 975 на 27 августа 2026 года), примерно $20,28 млрд. Остальные 98,7 % никакого процента не получают, и в масштабах рынка это норма, а не упущенная возможность.

Теперь по ситуациям.

• Нужен процент как таковой. Ни один маршрут его не даёт. $6,69 и $0,84 в год на сто тысяч долларов — это округление, а не доход; биржевые 0,1 % ($100,72) остаются самой высокой ставкой из четырёх и всё равно платятся кастодиальным риском. Стейблкоин в том же протоколе платит в 489 раз больше, и сравнивать эти два решения по проценту бессмысленно.
• Нужен залог, а не процент. Здесь обёртка работает по назначению: биткоин закладывают, берут стейблкоины и не продают монеты. В этом сценарии ставка поставщика не важна вовсе — важны ставка заимствования, ликвидность пары и порог ликвидации.
• Не хочется отдавать монеты никому. Тогда единственный вариант из четырёх — Babylon: биткоин не уходит из своей сети. Цена — награда в токене с капитализацией $54,88 млн и протокол, который за год сжался на 49,9 %.
• Позиция короткая по времени. Тут решает не ставка, а стоимость входа и выхода. Тариф погашения 0,2 % (открыто публикует только tBTC) — это примерно тридцать годовых ставок WBTC в Aave. Позиция, открытая ради процента, окупает один такой выход тремя десятилетиями.

Отдельно стоит держать в голове, что все цифры этого разбора — срез одного дня. Ставки лендинга меняются вслед за загрузкой пула, стейк Babylon — вслед за курсом BABY, а предложение обёрток — вслед за тем, куда идёт капитал: за год WBTC потерял 8,9 % монет, cbBTC прибавил 78,8 %. Механизм при этом не меняется: пока биткоин не берут в долг, ставка на него будет околонулевой, сколько бы обёрток ни выпустили.

FAQ

Чем WBTC отличается от биткоина, если цена одинаковая? Ценой сходство и заканчивается. Биткоин — монета своей сети, WBTC — токен Ethereum, за которым стоит обещание компании-хранителя выдать биткоин по требованию. У биткоина риск один: вы теряете ключ. У обёртки к нему добавляются кастодиан, право выпуска и смарт-контракт. На 27 августа 2026 года WBTC торгуется на 0,075 % ниже биткоина.

Можно ли застейкать сам биткоин и получать проценты в биткоине? Заблокировать биткоин в его собственной сети можно — это и делает Babylon. Но награда приходит токеном BABY, а не биткоином, и составляет 0,0429 % годовых на 27 августа 2026 года. Процентов в биткоине не платит ни один из четырёх маршрутов: в базовой сети нет механизма, который создавал бы новые монеты для держателя.

Что безопаснее — WBTC или cbBTC? У них разные риски, а не разный уровень одного. У cbBTC в контракте есть поадресная блокировка: распоряжение эмитента может остановить именно ваши монеты, а хранитель и юрисдикция при этом одни. У WBTC поадресной блокировки нет, но есть общая пауза для всех и цепочка «мерчант плюс кастодиан», где смена схемы хранения уже происходила без согласия держателей — в 2024 году.

Могут ли заморозить мои cbBTC или WBTC? У cbBTC — да, адресно: в контракте есть проверка чёрного списка и отдельная роль блокировщика. У WBTC поадресной заморозки нет, вызов такого метода отваливается с ошибкой, но владелец контракта может остановить переводы всем держателям сразу. На 27 августа 2026 года пауза выключена у обоих токенов, а сама возможность проверяется прямым запросом к контракту.

Сколько стоит выйти из обёртки обратно в BTC? Открыто публикует тариф только tBTC: 0 % за выпуск и 0,2 % за погашение. У WBTC и cbBTC розничный держатель обычно выходит не через погашение, а через рынок, и цена определяется глубиной пары — оборот 1,27 % предложения в сутки у WBTC против 5,57 % у cbBTC. Ориентир: 0,2 % — это около тридцати годовых ставок WBTC в Aave.

Почему на стейблкоинах платят 3 %, а на биткоине почти ноль? Потому что стейблкоины занимают, а биткоин — нет. В Aave v3 на Ethereum занято 91,49 % поставленного USDC и только 3,67 % WBTC. Ставка поставщика — это доля процентов заёмщика, поэтому при пустом спросе она падает почти к нулю. Надёжность актива на неё не влияет вообще.

Что выгоднее — WBTC или BTCB в сети BNB Chain? По ставке на 27 августа 2026 года выгоднее BTCB: 0,178 % годовых в протоколе Venus против 0,00669 % у WBTC в Aave, то есть $178,01 против $6,69 на $100 000 за год. Цена — другой хранитель, другая сеть и заметно меньший рынок, где эта ставка может измениться быстрее.