Токенизированный частный кредит (private credit): из $36,65 млрд в обороте $7,9 млрд

Коротко: что такое токенизированный частный кредит

Токенизированный частный кредит — это займы компаниям и людям, которые выдают не банки, а частные кредиторы, причём права на эти займы записаны в блокчейне. В англоязычной среде тему ищут как tokenized private credit. По заявленному объёму это крупнейшая категория RWA (real-world assets, реальных активов в блокчейне), но цифра на первой странице отчётов сильно преувеличивает то, во что реально можно вложиться.

• Объём на бумаге и в деле. На 26 сентября 2026 года дашборд rwa.xyz показывает $36,65 млрд «представленной» стоимости кредитов в блокчейне. Свободно обращающихся токенов из них — только $7,9 млрд.
• Разрыв почти в пять раз объясняет одна компания. Figure записывает портфель кредитных линий под залог жилья в блокчейн Provenance, где эти записи не обращаются свободно. На неё приходится $23,15 млрд на ту же дату. Это блокчейн-учёт, а не токен, который можно купить.
• Игроки. На 26 сентября 2026 года Figure в разы крупнее крипто-нативных Maple (TVL $3 млрд по DeFiLlama) и Centrifuge ($637,9 млн в категории private credit по rwa.xyz). С 2025 года в сегмент зашли Apollo, WisdomTree и Invesco.
• Доходность. От 5,0–5,2% годовых у пула syrupUSDC от Maple на 27 сентября 2026 года до 8–15% у институциональных пулов (MetaMask, апрель 2026). Разница с гособлигациями США — плата за кредитный риск и неликвидность.
• Вход. От $25 у фонда WisdomTree (через приложение WisdomTree Prime, которое работает в США) до $50 000 у Apollo (только аккредитованные инвесторы). Инвестору вне США и других стран из списка ограничений Maple ближе пул syrupUSDC: депозит вносится в стейблкоине USDC, который обычно покупают на бирже, например на Bybit.
• Главный подвох. Дефолты здесь уже были: около $36 млн списаний у Maple в 2022 году и около $18 млн у Goldfinch в 2023–2024 годах. В июне 2026 года Goldfinch свернул свой флагманский продукт. Блокчейн делает кредитный риск видимым, но не убирает его.

Токенизированный частный кредит: чем он отличается от RWA-облигаций

Частный кредит (private credit) — это займы, которые выдают фонды и специализированные кредиторы напрямую заёмщику, минуя банк и публичный рынок облигаций. Заёмщик — средняя компания, финтех-кредитор, владелец жилья. Такие займы не торгуются на бирже, их условия редко публикуются, а продать долю до срока погашения трудно.

Токенизация добавляет к этому цифровую обёртку. Типовая схема выглядит так:

1. Кредитор-оригинатор (финтех, компания торгового финансирования) собирает пул займов и передаёт его в SPV — юрлицо специального назначения, которое только держит эти активы.
2. Платформа токенизации выпускает токены, каждый из которых — доля пула.
3. Проценты заёмщиков идут через SPV держателям токенов: прямо в блокчейне или периодическими выплатами вне его.

Главное отличие от соседних категорий RWA — кто должник и откуда берётся доход. Токенизированные облигации и недвижимость опираются на государство или конкретный объект, а частный кредит — на платёжеспособность множества частных заёмщиков.

Трежерис в этой таблице — только точка отсчёта: это «безрисковая» база, от которой считается премия частного кредита. Как устроен этот сегмент на примере его лидера, мы разбирали в обзоре Ondo Finance.

Биткоин-ETF потеряли $484,9 млн за 7 октября: из IBIT, FBTC и ARKB ушло $414 млн

Доходность DeFi по классам активов: кто платит процент и как на нём теряют

USDT, USDC, USD1 и RLUSD: чем обеспечены 4 стейблкоина и кто может их заморозить

Крипторынок в сентябре: фонды второй месяц покупают биткоин, но слабее августа

Крипторынок 28 сентября – 4 октября: биткоин-ETF на паузе, Zcash-ETF в оттоке

Почему именно кредит называют главным кандидатом на токенизацию? CEO Maple Finance Сидни Пауэлл в интервью CoinDesk объясняет это так: частный кредит — внебиржевой двусторонний рынок, где сделки не публикуются, информация разрознена, а долю сложно продать. Банки сокращают такое кредитование, и нишу занимают небанковские кредиторы вроде Apollo. Блокчейн здесь заменяет не банк, а бумажный документооборот и разрозненные реестры. У токенизированных акций, по его же словам, выигрыш меньше: комиссии брокеров уже близки к нулю. Это позиция заинтересованной стороны: Maple зарабатывает именно на этом сегменте.

Рынок токенизированного кредита: $36,65 млрд против $7,9 млрд оборота

Оценки tokenized private credit market size в англоязычных отчётах расходятся от $8 млрд до $36 млрд. Это не ошибки, а разные метрики. rwa.xyz считает две:

• Представленная стоимость (represented value) — все кредиты, которые учтены в блокчейне, включая закрытые контуры, где токен не выходит к стороннему инвестору.
• Распределённая стоимость (distributed value) — токены, которые свободно переводятся между кошельками и доступны широкому кругу держателей.

Наш расчёт разрыва. $36,65 млрд делим на $7,90 млрд — получаем 4,6 раза. Если вычесть портфель Figure ($23,15 млрд), у остального рынка остаётся $13,5 млрд представленной стоимости. Это уже только в 1,7 раза больше распределённой. Иначе говоря, без одной компании «пузырь» между бумагой и реальным оборотом почти исчезает. Расчёт опирается на тот же дашборд: у Figure на 26 сентября 2026 года распределённая стоимость — всего $75,95 млн против $23,15 млрд представленной. Портфель учтён в блокчейне, но почти не продаётся широкому кругу как токен.

Доля Figure по данным rwa.xyz на 26 сентября 2026 года — около 63% представленной стоимости ($23,15 млрд из $36,65 млрд). Coinpaprika оценивает её примерно в 60%. Встречающиеся в обзорах доли 70–80% относятся к более ранним срезам и другой базе подсчёта.

Масштаб в правильной рамке. Представленная стоимость — это 1–2% традиционного рынка private credit ($1,7–3,5 трлн, в зависимости от того, считать только прямое кредитование или весь частный долг). Распределённая — 0,2–0,5%. Даже если в блокчейн перейдут 1–3% рынка объёмом свыше $3 трлн, это $30–90 млрд. Для традиционного рынка это капля, а не революция.

Динамика, которую англоязычные обзоры подают как tokenized private credit growth, неравномерна. Со 2 августа распределённая стоимость выросла примерно на 13%, с $6,99 млрд до $7,90 млрд. Но почти весь рост пришёлся на август: за 30 дней до 26 сентября 2026 года она прибавила 0,79%, а представленная снизилась на 2,1% (rwa.xyz).

Первыми в этой статье устареют именно цифры rwa.xyz: дашборд обновляется ежедневно, свежий срез — на странице private credit.

Maple, Centrifuge, Figure, Goldfinch: крупнейшие платформы кредита

Четыре платформы решают одну задачу разными способами. Figure строит инфраструктуру для собственного кредитного бизнеса, а Maple, Centrifuge и Goldfinch — открытые протоколы, где деньги дают держатели стейблкоинов. В общей карте секторов DeFi они относятся к кредитованию и RWA.

Figure: кредитные линии под залог жилья на Provenance

HELOC (home equity line of credit) — кредитная линия под залог уже имеющегося жилья. Figure выдаёт такие займы и записывает каждый из них в Provenance — блокчейн на Cosmos SDK, который компания построила под свой бизнес. При этом сами записи о займах Figure не обращаются свободно, и купить их стороннему инвестору нельзя. Ранее CCN оценивал кредитный портфель Figure в блокчейне примерно в $10 млрд, а на 26 сентября 2026 года rwa.xyz показывает $23,15 млрд.

Для чего тогда блокчейн? Для учёта и финансирования: по данным Coinpaprika, JPMorgan открыл Figure кредитную линию на $4 млрд под залог пула HELOC, записанного в Provenance. Поэтому в англоязычных отчётах Figure и tokenized private credit почти синонимы: без неё рынок был бы втрое меньше. Но для частного инвестора это витрина чужого бизнеса, а не продукт.

Maple Finance: обзор пулов и продукта syrupUSDC

Maple — крипто-нативный кредитор. По документации протокола, доход идёт в основном от займов с фиксированной ставкой институциональным заёмщикам, причём залог превышает сумму займа (overcollateralized). У Maple две линии: институциональные пулы и Syrup — продукт, открывающий этот кредитный рынок через DeFi.

Объём Maple зависит от того, что считать. DeFiLlama на 26 сентября 2026 года показывает TVL (объём заблокированных средств) $3,00 млрд, а отдельной строкой — $1,76 млрд выданных займов (borrowed) на 27 сентября. rwa.xyz на 26 сентября насчитывает $953 млн токенов Maple в категории private credit. Coinpaprika приводит $4,6 млрд активов под управлением за первое полугодие 2026 года (+81% за год), bex.co — более $780 млн активных займов в начале 2026 года. TVL включает и незадействованный капитал, активные займы — только выданные деньги, поэтому цифры не противоречат друг другу.

Отдельная ловушка — токен протокола SYRUP. На 26 сентября 2026 года он стоил $0,2198 при капитализации $256,6 млн (CoinGecko), максимум $0,653 был 25 июня 2025 года. Наш расчёт: токен ниже максимума примерно на 66%, хотя TVL протокола растёт. Покупка SYRUP на бирже — ставка на токен управления, а не депозит в кредитный пул. В обсуждениях за последний месяц розница эти две вещи часто путает.

Centrifuge: транши senior и junior

Centrifuge специализируется на структурированном кредите и торговом финансировании. Ключевая механика — деление пула на транши. Старший транш (senior) получает выплаты первым и имеет меньшую доходность. Младший (junior) первым принимает убытки и за это получает больше. Инвестор выбирает не только пул, но и своё место в очереди на убытки.

Объём Centrifuge тоже зависит от периметра. rwa.xyz в категории private credit на 26 сентября 2026 года насчитывает $637,9 млн в пяти активах. TVL всего протокола Coinpaprika оценивает в $1,62 млрд, но туда входят и пулы гособлигаций — например, фонд JTRSY на $1,2 млрд по данным Stobox. Капитализация токена CFG на 26 сентября 2026 года — $63,3 млн.

Goldfinch: займы кредиторам развивающихся рынков

Goldfinch финансировал в основном финтех-кредиторов в развивающихся странах: деньги из пула уходили компании, которая сама выдаёт мелкие займы, например на мототакси в Кении. Модель давала высокую ставку, но заёмщик далеко, залог сложно взыскать, а проверку делало сообщество протокола, а не банк. После серии дефолтов 2023–2024 годов (она разобрана в разделе о рисках) протокол, по данным Protos, сместился к институциональным кредитным фондам вроде Ares и Apollo. В июне 2026 года держатели проголосовали за сворачивание флагманского продукта: около $56 млн старых займов остаются во взыскании (Coinpaprika).

Apollo, WisdomTree, Invesco: зачем фонды токенизируют кредит

Крипто-нативные платформы строят кредитование со стороны блокчейна. Управляющие компании идут с другой стороны: берут существующий кредитный фонд и выпускают его доли как токены. Кредитный риск при этом остаётся в фонде, а блокчейн служит реестром и каналом продаж.

• Apollo — ACRED. Токенизированный доступ к кредитному фонду Apollo выпущен с Securitize (регулируемый трансфер-агент, который ведёт реестр держателей) в сетях Aptos, Avalanche, Ethereum, Ink, Polygon и Solana. Порог входа — $50 000, участвовать могут только аккредитованные инвесторы.
• WisdomTree — CRDT. Фонд WisdomTree Private Credit and Alternative Income Digital Fund запущен 12 сентября 2025 года в сетях Ethereum и Stellar. Он даёт доступ к корпоративным займам, кредитованию недвижимости и долгу компаний развития бизнеса и следует индексу Gapstow Private Credit and Alternative Income. Главное отличие токенизированного фонда WisdomTree — порог: $25, подписка в тот же день, погашение за два дня.
• Invesco и DigiFT. 18 февраля 2025 года Invesco (активы под управлением $1,9 трлн) объявила о партнёрстве с сингапурской DigiFT для токенизации фонда старшего частного кредита. Для управляющего это первый шаг в RWA.

Зачем это управляющим? Главная причина — новый канал продаж. Через того же трансфер-агента Securitize свой фонд BUIDL вывел в блокчейн BlackRock, и Apollo пошла по той же схеме. Токен можно передать в любое время, реестр держателей ведётся автоматически, а продукт доходит до крипто-аудитории, которая держит капитал в стейблкоинах. Для инвестора разница важна: tokenized private credit fund от Apollo — это обычный кредитный фонд с цифровой долей, а не DeFi-протокол.

Доходность кредитных пулов: от 5% в Syrup до 15% годовых

Доходность частного кредита выше, чем у гособлигаций, по двум причинам: заёмщик может не вернуть деньги (кредитный риск), и вложения трудно быстро забрать (премия за неликвидность). Никакой «магии блокчейна» в этой разнице нет — это та же премия, что и на традиционном рынке. Подробнее о том, кто вообще платит доходность в крипте, — в разборе источников доходности DeFi.

Цифры по syrupUSDC сняты с двух независимых мест: DeFiLlama Yields (5,17%) и API самого Maple (5,05% за месяц). Остальные диапазоны — MetaMask и Coinpaprika.

APY (годовая доходность с учётом реинвестирования) платформы публикуют для депозитора. Налоги в неё не входят, как и расходы на покупку USDC и перевод между биржей и кошельком: из чего складываются такие комиссии, видно на примере нашего обзора Bybit. Доходность плавающая: цифры сентября 2026 года — ориентир, а не обещание.

Наш расчёт: сколько стоит премия. Возьмём $1 000. При 5,1% в syrupUSDC это $51 в год, при 3,3% в трежерис — $33. Разница в $18 — плата за риск. Теперь представим, что в пуле дефолтит заёмщик на 5% портфеля с потерей 58% долга (столько потеряли кредиторы Lend East на Goldfinch). Пул теряет 2,9% (5% × 58%), то есть $29 с каждой $1 000. Это больше, чем годовая премия в $18: один дефолт среднего размера съедает примерно полтора года «лишней» доходности.

Как вложиться в частный кредит: $25 у WisdomTree, $50k у Apollo

Порог входа различается в 2 000 раз, но важнее не сумма, а кто допущен. WisdomTree и Apollo — два полюса одного явления: розничный продукт для США и институциональный для аккредитованных.

Аккредитованный инвестор — статус по законам США: чтобы его получить, нужен высокий доход или капитал. Для читателя вне США реалистичный путь — syrupUSDC, если его страны нет в списке ограничений Maple. Так он выглядит по шагам:

1. Проверить допуск. Доступ к syrupUSDC закрытый: кошелёк должен пройти проверки Maple (документы, санкционные списки) и получить разрешение на депозит. Список ограниченных юрисдикций — в документации Maple, и в нём не только США.
2. Купить USDC. Нужен стейблкоин USDC, привязанный к доллару. Его покупают на бирже за фиатные деньги, в том числе через P2P.
3. Вывести USDC на свой кошелёк. Сеть — та, в которой работает пул. Адрес проверяется посимвольно.
4. Сделать депозит на официальном сайте Maple. Взамен приходит syrupUSDC — токен-доля пула, стоимость которой растёт вместе с начисленным доходом.
5. Вывод — через очередь. Заявки исполняются в порядке поступления по мере появления ликвидности. Деньги могут быть недоступны до 30 дней, и это надо учитывать при размере вложения.

Безопасность: адрес протокола — только из официальных источников, поддельные сайты DeFi-пулов встречаются постоянно. Seed-фраза не нужна ни одному легитимному депозиту: кто её просит, тот ворует.

Риски токенизированного кредита: дефолты Maple, Goldfinch, урок 2025

Кредитный риск в блокчейне реализовывался уже несколько раз. Вот датированные кейсы с суммами:

• Maple, 2022. Около $36 млн списаний из пулов эпохи FTX: основной удар — дефолт Orthogonal Trading, пострадавшей от краха биржи. Ещё один заёмщик, Auros, пропустил платёж, но договорился о полном погашении в рассрочку. Кредиторы пулов Orthogonal понесли реальные потери.
• Goldfinch, 2023–2024. Три дефолта на сумму около $18 млн: кенийский финансист мототранспорта Tugende (около $5 млн), американский кредитный фонд Stratos (около $7 млн) и Lend East (около $5,9 млн). По данным DL News за апрель 2024 года, Lend East смогла вернуть лишь около $4,25 млн из $10,15 млн долга — потеря 58%.
• First Brands, сентябрь 2025. Производитель автозапчастей подал на банкротство по главе 11 (Chapter 11, реструктуризация под защитой суда в США). Причина — неудачное рефинансирование и скрытые внебалансовые обязательства. Это традиционный рынок, но кейс показал, насколько непрозрачен private credit в целом.
• Рекорд дефолтов, 2025. По данным Fitch, уровень дефолтов в американском частном кредите достиг рекордных 9,2%: 38 дефолтов у 28 заёмщиков из 302 компаний под наблюдением агентства.

Позиция Maple такая: дефолты ончейн неизбежны, но блокчейн покажет их сразу и снизит риск мошенничества. Пауэлл ожидает первого громкого ончейн-дефолта в ближайшие годы и считает, что прозрачность сделает рынок безопаснее традиционного. У тезиса есть обратная сторона: прозрачность не устраняет кредитный риск, а лишь позволяет увидеть его раньше. Залог (дом, счёт-фактура, займ в Кении) живёт вне блокчейна, данные о заёмщике вносит оригинатор, а взыскание идёт через обычный суд. История Goldfinch это показывает: дефолты были видны всем, но деньги от этого не вернулись.

Остальные риски, которые стоит держать в голове:

• Ликвидность. Вывод через очередь до 30 дней, вторичного рынка у долей пулов почти нет.
• Концентрация. 63% представленной стоимости рынка на 26 сентября 2026 года — одна компания; проблемы Figure ударят по всей статистике сектора.
• Регулирование. Большинство продуктов — ценные бумаги с ограничениями по стране и статусу инвестора; правила могут поменяться.
• Платформа и смарт-контракты. Ошибка в контракте или взлом протокола — отдельный риск поверх кредитного.
• Стейблкоин. Депозит номинирован в USDC, а у стейблкоина свои риски эмитента и привязки.
• Токен протокола. SYRUP за 15 месяцев потерял около двух третей стоимости — риск держателя токена не равен риску депозитора.

Прогнозы токенизации: от $2 трлн у McKinsey до $30,1 трлн у StanChart

Прогнозы касаются всей токенизации активов, а не только частного кредита. Это сценарии, а не факты: все они зависят от регулирования, инфраструктуры хранения и темпов прихода институционалов.

Между базовым сценарием McKinsey и Standard Chartered — 15 раз, но сравнение неточное: у McKinsey горизонт 2030 год, у Standard Chartered — 2034-й. Направление у всех одно, наклон кривой — разный. Standard Chartered делает ставку на торговое финансирование — это как раз сегмент Centrifuge. Но даже осторожные $2 трлн к 2030 году — это десятки раз от нынешнего уровня, и без регуляторной ясности такие сценарии не реализуются.

Частые вопросы о токенизированном частном кредите

Чем токенизированный частный кредит отличается от токенизированных облигаций США?

Должником. У токенизированных трежерис платит правительство США, поэтому доходность около 3–5% и кредитный риск минимален. В частном кредите платят компании, финтех-кредиторы и владельцы жилья: доходность выше, 8–15% в институциональных пулах, но заёмщик может не вернуть деньги. Кроме того, долю в кредитном пуле труднее быстро продать.

Можно ли потерять деньги в токенизированном приватном кредите и как часто это уже случалось?

Да, и такие случаи уже были. В 2022 году пулы Maple списали около $36 млн после дефолта Orthogonal Trading в эпоху FTX. В 2023–2024 годах на Goldfinch три дефолта дали около $18 млн потерь, а по одному займу кредиторы вернули лишь 42%. Блокчейн показывает дефолт быстрее, но не защищает от него.

Почему Figure — крупнейшая платформа токенизированного кредита, а не Maple или Centrifuge?

Потому что Figure записывает в блокчейн собственный портфель ипотечных кредитных линий — $23,15 млрд на 26 сентября 2026 года. Maple и Centrifuge привлекают деньги внешних инвесторов в открытые пулы, это меньшие объёмы. Записи Figure в блокчейне Provenance почти не обращаются: в свободном обороте из них лишь $75,95 млн.

Сколько денег нужно, чтобы вложиться в токенизированный частный кредит?

От $25 до $50 000, но всё решает статус. Фонд WisdomTree CRDT с порогом $25 продаётся в рознице через приложение WisdomTree Prime, которое работает в США. Apollo ACRED требует $50 000 и статус аккредитованного инвестора. Инвестору вне США ближе пул syrupUSDC от Maple, если его страны нет в списке ограничений протокола: нужны USDC, прохождение проверок Maple и готовность ждать вывод до 30 дней.

Что будет с рынком токенизированного приватного кредита, если случится ещё один First Brands?

Удар придётся на пулы, которые кредитовали этого заёмщика или его цепочку. Для ончейн-держателей потеря станет видна быстрее, чем в закрытом фонде, но от неё это не спасёт. На фоне рекордных 9,2% дефолтов в 2025 году по данным Fitch новый крупный дефолт, скорее всего, поднимет требуемую доходность и затормозит приток денег.