Маркетмейкер держит стакан: кто ставит цены, которые вы видите в терминале

Коротко (TL;DR)

• Маркетмейкер в крипте — это фирма, которая по договору постоянно держит в стакане заявки на покупку и на продажу, чтобы вы могли купить или продать монету в любую секунду, а не ждать встречного желающего.
• Слово «мейкер» на бирже означает две совершенно разные вещи: фирму-маркетмейкера и роль вашего собственного ордера в конкретной сделке. От этого зависят и ваша комиссия, и то, что вы понимаете под словом «маркетмейкер льёт».
• Платит ему не биржа, а сам проект — и чаще всего не деньгами. Стандартная схема: проект выдаёт маркетмейкеру 1–5% циркулирующего предложения в долг на 12–24 месяца и добавляет колл-опцион.
• Именно из этой схемы растут «проливы» альткоина без единого события в графике разлоков: возврат считается в штуках токенов, поэтому падение цены удешевляет возврат.
• Маркетмейкер не обязан держать цену. В настоящем договоре, поданном в архив SEC, прямо написано: никаких гарантий по объёмам и по цене токена.
• Лицензии на маркетмейкинг в крипте нет. 9 октября 2024 года прокуратура округа Массачусетс предъявила обвинения 18 лицам и компаниям, среди них четыре фирмы, называвшие себя маркетмейкерами.

Маркетмейкер это простыми словами

Представьте пункт обмена валюты. Он одновременно вывешивает две цены: покупает доллар по 41 гривне и продаёт по 42. Вам не нужно искать человека, готового купить именно ваши доллары именно сейчас, — вы просто приходите и меняете. Обменник зарабатывает на разнице между двумя своими ценами, а взамен берёт на себя риск: он держит запас валюты, и если курс двинется, этот запас подешевеет.

Маркетмейкер на бирже — это тот же обменник, только автоматический и внутри торгового стакана. Он одновременно выставляет заявку на покупку (bid) и заявку на продажу (ask), обновляя обе много раз в секунду. Разница между ними называется спред, и это его основной заработок.

Формально Investopedia определяет маркетмейкера как фирму или человека, который активно котирует обе стороны рынка, выставляя цену покупки и цену продажи вместе с объёмом, который он готов взять. Ключевые слова здесь — обе стороны и объём. Тот, кто покупает и ждёт роста, не маркетмейкер, даже если у него миллиард. Маркетмейкер зарабатывает не на направлении, а на потоке сделок.

Отсюда простое следствие: маркетмейкер в крипте это не «рука рынка» и не тайный кукловод, а контрагент по обычному коммерческому договору. У этого договора есть срок, цена и набор обязательств. Дальше в статье мы прочитаем такой договор целиком, потому что один из них лежит в открытом доступе.

BYBITВсё ещё смотришь со стороны?Рынок работает без выходных. Счёт на Bybit открывается за 2 минуты.Начать сейчас

«Мейкер» в комиссии — это не маркетмейкер

Половина поисковых запросов про маркетмейкера на самом деле про другое. Если вы искали, чем мейкер отличается от тейкера в списке комиссий биржи, — это отдельная тема, и путаница здесь массовая.

DCA-стратегия: где усреднение реально спасло деньги, а где просто отняло доходность

Каскад ликвидаций: как шорт-сквиз и лонг-сквиз выносят даже верно угаданные позиции

Госдолг США прошёл $40 трлн: биткоин прибавил 27% за пять дней на выкупах Минфина

Крипторынок 17–23 августа: рост на 22,6% сделали шорты, а не новые деньги

Bitcoin отдал $250,57 млн лонгов за сутки, открытый интерес упал на 2,65%

Когда вы отправляете ордер, биржа смотрит на одну вещь: ваша заявка встала в стакан или сразу забрала чужую.

• Мейкер — ваша заявка легла в стакан и ждёт. Вы добавили ликвидность, и биржа берёт с вас меньшую комиссию.
• Тейкер — ваша заявка мгновенно нашла встречную и исполнилась. Вы забрали ликвидность, и комиссия выше.

Это роль одной конкретной сделки, доступная кому угодно. Купили по рынку — вы тейкер. Поставили лимитку подальше от текущей цены и дождались — вы мейкер. Никакого договора с биржей для этого не нужно.

Важная деталь, о которой не пишут: лимитный ордер не гарантирует мейкерскую ставку. Если вы выставите лимитку по цене, которая уже есть в стакане с противоположной стороны, она исполнится немедленно — и посчитается как тейкерская.

Цифры разрыва стоит посмотреть своими глазами, потому что они не такие, как принято думать. На споте Binance базовая ставка для обычного пользователя (уровень VIP 0) — 0,100% и для мейкера, и для тейкера по данным официальной страницы комиссий на 2 августа 2026 года. То есть популярный совет «торгуй лимитками, сэкономишь на комиссии» на спотовом рынке новичку не даёт ничего.

Разрыв появляется на деривативах. На пре-маркет-перпетуалах Bybit для пользователей без VIP-статуса ставка мейкера — 0,0400%, тейкера — 0,1000% (страница комиссий, данные на 2 августа 2026 года). Разница в 2,5 раза — это ровно то, сколько биржа доплачивает за то, что вы принесли ликвидность вместо того, чтобы её забрать. Если вы ещё не разбирались с базовыми типами рынков, начните со спота: там разница между лимитным и рыночным ордером видна нагляднее всего.

Дальше в статье слово «маркетмейкер» означает только фирму.

BYBITВсё ещё смотришь со стороны?Рынок работает без выходных. Счёт на Bybit открывается за 2 минуты.Начать сейчас

Как работа маркетмейкера видна в стакане: спред и глубина

Стакан — это список заявок: слева цены, по которым готовы купить, справа — по которым готовы продать. Работа маркетмейкера видна в двух вещах.

Спред. Отраслевые ориентиры, которые маркетмейкеры сами прописывают в договорах как целевой показатель, выглядят так: 0,05–0,1% по топовым монетам и стейблкоинам и 0,1–0,3% по остальным парам (гайд маркетмейкера Caladan). Спред расширяется, когда растёт размер заявки: узость на первом уровне ничего не говорит о том, что будет при покупке на крупную сумму.

Глубина. Это объём заявок на каждом ценовом уровне. Именно она решает, во сколько вам обойдётся рыночная покупка. Учебный пример из исследования Presto Research: инвестору нужно 40 токенов. В ликвидном стакане он берёт все 40 по $100. В тонком — 10 штук по $101,2, потом 5 по $102,6, потом 10 по $103,1 и последние 15 уже по $105,2. Средняя цена — $103,35, а следующая доступная цена после его сделки — $105,2. Одна покупка сдвинула рынок примерно на 5%.

Разница между этими двумя стаканами и есть то, за что проекты платят маркетмейкерам. Эффект «проскальзывания» (когда итоговая цена сделки хуже той, что вы видели на экране) в тонком стакане съедает больше, чем любая комиссия.

Полезная привычка: перед покупкой малоликвидного альткоина посмотреть не цену, а глубину — сколько денег стоит в стакане в пределах 1–2% от текущей цены. Если там пара тысяч долларов, то ваш собственный выход из позиции будет стоить дороже входа.

Как зарабатывают маркетмейкеры и кто им платит

Спред — только первый из четырёх источников дохода.

1. Спред. Купил по bid, продал по ask, забрал разницу. При тысячах сделок в день мелкая разница превращается в оборот.
2. Плата от проекта. Разовый setup fee и ежемесячный ретейнер — фиксированные деньги за услугу, независимо от того, куда пошла цена.
3. Опцион на токены проекта. Право выкупить взятые в долг монеты по заранее оговорённой цене. Об этом ниже отдельный раздел — это самая важная часть.
4. Программы бирж. Скидки на комиссию и ребейты (отрицательная комиссия — биржа доплачивает за выставленную заявку) для тех, кто обеспечивает объём.

Обратите внимание, кого в этом списке нет. Заработка на падении вашей позиции здесь нет как отдельной строки — он появляется только как побочный эффект конкретной формы договора, и об этом дальше.

Второй важный момент: платит обычно не биржа, а проект. Биржа заинтересована в ликвидности, но деньги за маркетмейкинг нового токена почти всегда идут из кармана эмитента — того, кто выпустил монету и хочет, чтобы после выхода на биржу её можно было купить.

Рисков у самого маркетмейкера тоже хватает. Presto Research называет главный — инвентарный риск: маркетмейкер обязан всё время держать часть актива у себя, и в резком движении исполняется только одна сторона его котировок. Купил, а покупателя нет и цена уходит вниз — это убыток. Маркетмейкинг не печатный станок.

Что написано в настоящем договоре маркетмейкинга

Договоры маркетмейкинга не публикуют. Но один из них лежит в открытом архиве Комиссии по ценным бумагам США — потому что компания Blockstack продавала свой токен по регулируемой процедуре и обязана была приложить существенный контракт к отчётности. Документ вступил в силу 24 октября 2019 года, стороны — GSR Markets и Blockstack PBC. Вот что в нём написано.

Деньги. Разовый setup fee — $100 000. Ежемесячный ретейнер — $20 000 в течение первых шести месяцев. Плюс проект передаёт маркетмейкеру $1 000 000 в биткоине или эфире под 0% годовых как оборотный капитал, с обязательством вернуть по окончании договора. Те же цифры независимо подтвердил CoinDesk в заметке от 31 октября 2019 года.

Кто решает, как торговать. Дословно: «GSR будет иметь исключительное усмотрение при разработке такой стратегии и работе своего торгового бота». Проект не управляет действиями маркетмейкера и не видит его алгоритм.

Что маркетмейкер не обещает. Тоже дословно: «GSR не даёт никаких гарантий относительно итоговых показателей Stacks и не делает заявлений о том, что Stacks достигнет или не достигнет определённых целевых объёмов». Обязательство сформулировано как «коммерчески разумные усилия по повышению ликвидности» — и всё.

Что запрещено. В контракте отдельным блоком перечислены запрещённые практики: фронтраннинг, wash trading (сделки с самим собой ради накрутки объёма), спуфинг, лееринг, чёрнинг и quote stuffing. То есть стороны заранее знали, о чём речь, и прописали границу.

Асимметрия в возврате. Половина возвращаемых BTC или ETH пересчитывается по курсу «на момент передачи или текущему — в зависимости от того, что выгоднее GSR по его усмотрению». Одна фраза, а экономический смысл серьёзный.

И главное для читателя. Раздел о конфиденциальности объявляет секретной не только сумму, но и сам факт существования договора: «Конфиденциальная информация включает также настоящее Соглашение и факт его существования». Это и есть машинный ответ на вопрос, почему розничный инвестор ничего не видит. Дело не в заговоре — так написано стандартное соглашение о неразглашении (NDA), которым закрывают любую коммерческую сделку.

Важная оговорка: это один задокументированный случай 2019 года, к тому же ретейнерная схема без опциона. Считать его средним по рынку нельзя. Но он показывает, как выглядит нормальный, спокойный, законный договор — и с чем сравнивать.

Заём в токенах плюс колл-опцион

Гораздо чаще проект платит не деньгами, а собственными монетами. Схема называется «token loan + call option» и, по разбору WuBlockchain от 28 июля 2026 года, устроена так.

Незадолго до запуска торгов проект передаёт маркетмейкеру 1–5% циркулирующего предложения в долг. Слово «в долг» здесь принципиально: с точки зрения бухгалтерии продажи не было, выручку раскрывать не нужно, а в токеномике эти монеты числятся строкой «аллокация маркетмейкеру» или «резерв ликвидности». Срок — обычно 12–24 месяца (Presto Research называет тот же диапазон — один-два года).

В конце срока у маркетмейкера выбор: вернуть то же количество токенов или выкупить их по заранее зафиксированной цене. Это и есть колл-опцион — право купить по фиксированной цене, которое можно не использовать. Цена фиксации называется страйк. По тому же разбору WuBlockchain, страйк обычно ставят с премией 25–100% к цене TGE (Token Generation Event — момент, когда токен впервые появляется и начинает торговаться). Второго независимого источника с этим диапазоном найти не удалось, поэтому относитесь к цифре как к оценке одного аналитика, а не к отраслевому стандарту.

Почему такая схема нравится обеим сторонам:

• Проекту она даёт ликвидность на бирже без единого доллара расходов и без продажи токенов. История токеномики остаётся чистой.
• Маркетмейкеру — крупный запас монет без предоплаты, право на рост и почти нулевой риск падения: если цена ушла ниже, он просто возвращает монеты.

Заём при этом беспроцентный. Это подтверждают и отраслевой гайд Paperclip Partners, и текст контракта GSR: 0% годовых.

Как маркетмейкер двигает цену

Теперь то, ради чего эту схему нужно понимать. Она объясняет самый частый вопрос владельца альткоина: почему монету планомерно льют, хотя ни одного разлока (unlock — плановая разморозка заблокированных токенов) в календаре нет.

Ситуация первая: цена сильно ниже страйка. Опцион бесполезен — никто не станет покупать по $2 то, что стоит $0,50. Значит, токены придётся возвращать. Рациональное действие: продать их сейчас, выкупить дешевле перед возвратом и оставить себе разницу. Paperclip Partners описывает это как встроенный обратный стимул: когда долг номинирован в штуках токенов, падение цены выгодно тому, кто должен.

Ситуация вторая: цена подходит к страйку. Если она уйдёт выше, маркетмейкеру придётся выкупать монеты. Рациональный хедж — продавать заранее. С точки зрения рынка около страйка возникает невидимая стена предложения: каждая попытка роста упирается в потолок, которого нет ни в одном публичном графике.

Сложите два механизма — и получите картину, знакомую любому, кто держал альткоин после листинга: постоянное давление продаж без видимой причины, потолок на росте и подозрительно ровный коридор. WuBlockchain называет это «управляемым рынком» и подчёркивает: параметры этой модели розничный инвестор просто не видит.

Ключевая мысль, которую стоит унести: это не обвинение конкретных фирм, а описание стимула, зашитого в форму договора. Маркетмейкер действует рационально в рамках того, что подписал проект. Компания Acheron Trading, которая сама занимается маркетмейкингом, описывает тот же механизм изнутри отрасли и называет такую конструкцию паразитической по отношению к токену.

Две модели оплаты и что они значат для держателя

Разделение по этим двум моделям описывают независимо и Flowdesk, и Presto Research, и гайд Caladan. Практический вывод для держателя простой: если в токеномике есть строка «market maker allocation», а модель нигде не названа — по умолчанию считайте, что это заём с опционом. Это худший из вариантов для цены, и именно он самый распространённый.

Отдельно стоит оценивать KPI. Показатели, которые действительно защищают проект, — целевая узость спреда и минимальный объём заявок с обеих сторон в долларах. Показатель, который проект убивает, — объём торгов: премия за объём прямо провоцирует накрутку сделок с самим собой.

Где заканчивается маркетмейкинг и начинается манипуляция

Граница определена не философски, а через конкретные практики. Wash trading — сделки между подконтрольными счетами ради видимости активности. Спуфинг — крупные заявки, которые снимают до исполнения. Оба термина, как мы видели, прямо запрещены даже в договоре 2019 года.

9 октября 2024 года прокуратура округа Массачусетс предъявила обвинения 18 лицам и компаниям — в мошенничестве с использованием средств связи и манипулировании рынком. Среди обвиняемых четыре компании, называвшие себя маркетмейкерами: ZM Quant, CLS Global, MyTrade и Gotbit. Схема, по версии обвинения, классическая: накрутить объём и цену, а затем продать токены розничным покупателям. Об этом деле независимо писали юридические практики Arnold & Porter (24 октября 2024 года) и Mintz (15 октября 2024 года).

Самая показательная деталь расследования: ФБР выпустило собственный криптотокен NexFundAI и наблюдало, как фирмы сами предлагают ему услуги по разгону объёма. Это дело — первое уголовное преследование финансовых компаний за манипуляции в крипте.

Отсюда практическое правило: слово «маркетмейкер» в описании компании ничего не гарантирует. Лицензии на этот вид деятельности в крипте не существует, реестра тоже нет, поэтому так себя может называть кто угодно. Если вы видите обещание «поднимем объём» — это описание не маркетмейкинга, а той самой схемы, которую разбирает наш материал про памп и дамп.

Чем крипта отличается от биржи акций

На фондовом рынке маркетмейкинг существует десятилетиями и жёстко описан. По данным Presto Research, на NASDAQ у одной бумаги в среднем около 14 маркетмейкеров, всего их порядка 260. Они обязаны держать двусторонние котировки минимум на 100 акций и исполнять встречную заявку, а отклонение котировки от лучшей цены ограничено правилами биржи.

Дальше арифметика делает своё дело: когда за поток сделок конкурируют четырнадцать фирм, никто не может держать широкий спред. Узкий спред на фондовом рынке — результат конкуренции, а не доброй воли.

В крипте у токена обычно один маркетмейкер по договору. Отдельной лицензии, надзорного органа и обязательных правил котирования нет — это констатирует то же исследование Presto. Отсюда и разница в поведении рынка, и разница в переговорной силе: у фирмы много токенов на выбор, у проекта — один токен, и торговаться ему нечем.

Кто делает рынок на децентрализованных биржах

На децентрализованных биржах договора с фирмой нет вообще. Заявки заменяет AMM (automated market maker — автоматический маркетмейкер): математическая формула считает цену исходя из соотношения двух активов в общем пуле, а ликвидность в этот пул вносят обычные пользователи.

Тут кроется ещё одна путаница в терминах. Словом «поставщик ликвидности» в крипте называют и профессиональную фирму, которая котирует стакан на биржах, и любого человека, закинувшего пару монет в пул на DEX. Это принципиально разные роли, о чём отдельно пишет DWF Labs.

У AMM есть своя цена вопроса: непостоянные потери у поставщиков ликвидности, проскальзывание на крупных сделках и уязвимость к манипуляции ценой при небольшом пуле. Flowdesk отмечает встречное движение: многие DEX возвращаются к стаканам заявок, а значит и к профессиональным маркетмейкерам.

Для небольшого проекта из этого следует практичный вывод: если токен не предполагает большого оборота, простой пул на DEX может закрыть задачу дешевле, чем договор с фирмой.

Три мифа

Миф первый: маркетмейкер обязан держать цену. Не обязан. В договоре GSR прямо написано, что гарантий по цене и объёмам нет, а обязательство сформулировано как «коммерчески разумные усилия по повышению ликвидности». Маркетмейкер помогает рынку быстрее найти цену — а найденная цена часто оказывается сильно ниже ожиданий покупателей первого дня.

Миф второй: маркетмейкер по определению манипулятор. Тоже нет. Работа на спреде — обычный законный бизнес, который существует и в акциях, и в облигациях, и в валюте. Проблема не в профессии, а в конкретной форме договора и в отсутствии раскрытия.

Миф третий: маркетмейкер видит ваши стоп-лоссы и охотится за ними лично. Скопления стоп-заявок действительно образуют зоны ликвидности, к которым цену тянет, — но это свойство рынка, а не персональная охота. Крупный игрок в тонком стакане двигает цену просто размером, без всякого умысла.

Риски маркетмейкинга для держателя: скрытый резерв и долг в токенах

Раздел, который стоит прочитать до покупки нового токена.

Информационная асимметрия — главный риск. До 5% циркулирующего предложения может лежать у маркетмейкера как «резерв ликвидности», формально не будучи в обращении, но фактически будучи в продаже. Условия закрыты соглашением о конфиденциальности, которое прячет и сам факт договора.

Форма договора вознаграждает падение. Долг в штуках токенов делает снижение цены выгодным для того, кто должен. Это работает без всякого злого умысла, просто по арифметике.

Невидимый потолок. Около страйка опциона возникает стена предложения, которую нельзя увидеть в публичных данных — ни в стакане, ни в графике разлоков.

Регуляторный и репутационный риск. Дело 9 октября 2024 года показало, что под вывеской маркетмейкинга работали и откровенно мошеннические схемы. Проверить, кто именно котирует ваш токен, вы, как правило, не можете.

Риск у самого маркетмейкера. Инвентарный риск и односторонние исполнения в резком движении делают убытки нормой профессии. Это важно понимать, чтобы не строить теорий о непобедимом противнике.

Что устареет первым. Торговые комиссии бирж: ставки Binance (0,100%/0,100% на споте) и Bybit (0,0400%/0,1000% на пре-маркет-перпетуалах) актуальны на 2 августа 2026 года и меняются вместе с VIP-программами. Смотреть их нужно на официальных страницах комиссий соответствующих бирж. Структура договоров меняется медленнее, но движение к раскрытию уже началось: биржа Bullish 13 июля 2026 года описала модель, где маркетмейкер получает деньги за измеримый результат — узость спреда и время присутствия в стакане, — а не мешок токенов.

Что можно проверить самому

Полный список условий вам никто не покажет, но кое-что доступно бесплатно.

1. Строка в токеномике. Ищите «market maker allocation», «liquidity provision», «резерв ликвидности». Есть строка — есть договор. Нет строки, а токен при этом торгуется на крупной бирже с узким спредом — вопрос, откуда взялась ликвидность, остаётся открытым.
2. Раскрыты ли условия. Проект, который публикует срок, объём займа и модель оплаты, добровольно отказывается от преимущества. Это сильный положительный сигнал, и таких единицы.
3. Глубина стакана, а не спред. Посмотрите суммарный объём заявок в пределах 1–2% от цены с обеих сторон. Узкий спред при пустом стакане — это витрина.
4. Поведение цены после запуска торгов. Пик в первый день, затем ровное сползание с потолком на отскоках — типичный профиль модели «заём плюс опцион».
5. Публичного списка нет. Отдельный ответ на частый запрос: полного реестра маркетмейкеров криптовалюты не существует — лицензирования нет, поэтому любой список в интернете это чья-то подборка. Paperclip Partners в мае 2023 года оценивала число заметных фирм в «более 50».

Прецедент, показывающий, что раскрытие работает: в мае 2020 года Solana Foundation сожгла 11 365 067 SOL — 2,3% от общего предложения — после того, как выяснилось, что часть монет была передана маркетмейкеру без раскрытия. Об этом сообщил официальный блог Solana Labs 25 мая 2020 года. Шесть лет спустя отраслевого стандарта раскрытия так и нет.

FAQ

Маркетмейкер на бирже это компания или человек? Почти всегда компания — нужен капитал, инфраструктура и алгоритмы. Формально маркетмейкером может быть и частное лицо: на некоторых биржах есть программы, где трейдер с большим объёмом получает статус и льготные комиссии. Но договор с проектом-эмитентом заключают именно фирмы.

Что делает маркетмейкер на бирже каждый день? Держит в стакане двусторонние котировки по своей паре, обновляя их непрерывно, перекладывает позиции между площадками и следит, чтобы спред и объём заявок укладывались в согласованные с проектом показатели. Отчётность по этим показателям обычно уходит эмитенту ежедневно — так, например, устроено приложение к договору GSR и Blockstack.

Можно ли увидеть, что в стакане стоит именно маркетмейкер? Напрямую нет: заявки обезличены. Косвенные признаки — стабильно узкий спред круглосуточно, ровные объёмы на обеих сторонах и мгновенное восстановление стакана после крупной сделки. Но отличить фирму от алгоритмического трейдера по этим признакам нельзя.

Маркетмейкер работает против меня? Он работает на свою прибыль. В ретейнерной модели ваши интересы почти совпадают: ему платят за узкий спред. В модели с займом и опционом интересы расходятся — падение цены удешевляет его возврат.

Почему токен упал сразу после выхода на биржу, если у него есть маркетмейкер? Задача маркетмейкера — обеспечить исполнение сделок, а не удерживать цену. В первые дни на рынок выходит спрос, накопленный до листинга, и рыночная цена оказывается ниже ожиданий. Если при этом действует схема с займом, к обычному давлению добавляется предложение от самого маркетмейкера.

Чем маркетмейкер отличается от поставщика ликвидности? Все маркетмейкеры поставляют ликвидность, но не все поставщики ликвидности занимаются маркетмейкингом. Профессиональная фирма котирует обе стороны стакана и управляет риском; человек, внёсший монеты в пул на DEX, просто предоставил актив формуле. Роли, риски и доход у них разные.