Размер позиции в DeFi-протоколе: 5% риска в год дают 22,6% за пять лет

Коротко (TL;DR)

Витрина протокола показывает одну цифру — годовую ставку. Сколько денег в него нести, эта цифра не определяет: она говорит, сколько вам платят, и ничего не говорит о том, с какой вероятностью позиция обнулится. Размер считают с другого конца — от сценария, в котором от вклада не остаётся ничего. Данные ниже актуальны на 5 ноября 2026 года.

• Полная потеря — не абстракция, а измеримая частота. По реестру инцидентов DeFiLlama среди протоколов с TVL от $100 млн за 22 месяца (январь 2025 — 5 ноября 2026 года) от любого взлома пострадали 22 из 241, а от убытка на сумму от $1 млн — 14 из 241. В пересчёте на год это примерно 4,93% и 3,14% соответственно, и обе цифры — оценка снизу.
• У ставки есть порог окупаемости риска. При 5% годовой вероятности обнуления и горизонте в пять лет доходность должна быть не ниже 5,85% годовых, чтобы вы просто вышли в ноль по матожиданию. Всё, что ниже, — плата за риск из своего кармана.
• Риск копится нелинейно. Те же 5% в год превращаются в 22,6% за пять лет: почти каждый четвёртый исход — потерять всю позицию хотя бы раз.
• Доля позиции равна просадке портфеля. Позиция на 25% капитала при обнулении — минус 25% по счёту. Базельский комитет разрешает банкам держать на одного контрагента не больше 25% капитала первого уровня, а между системно значимыми банками — 15%.
• Диверсификация по названиям — не диверсификация. 13 марта 2023 года взлом Euler Finance стоил самому протоколу $197 млн и ещё $37,6 млн — одиннадцати другим протоколам, которые держали там резервы.
• Типичный взлом меньше, чем кажется. Медианный инцидент 2024–2025 — $2,2 млн при среднем $24,45 млн, разница больше чем в 11 раз. Размер позиции определяет не память о громких кейсах, а хвост распределения целиком.

Размер позиции в DeFi считают от вероятности потерять всё, не от APY

Годовая ставка — это цена, которую протокол платит за пользование деньгами. В ней уже зашита конкуренция за ликвидность, эмиссия токена и спрос заёмщиков, но в ней нет ни одного параметра, описывающего вероятность того, что контракт будет опустошён. Две позиции с одинаковыми 8% годовых могут отличаться по риску полной потери в разы, и на витрине это отличие не отображается никак.

Отсюда практический вывод, на котором держится весь урок: сначала считают, что произойдёт с портфелем при нуле, и только потом смотрят на ставку. Ставка нужна на втором шаге — чтобы проверить, окупает ли она уже принятый риск.

Масштаб явления стоит держать в голове в правильных цифрах. По оценке Chainalysis, с января по начало декабря 2025 года из криптосервисов украли более $3,4 млрд, причём $1,5 млрд из них — один февральский взлом централизованной биржи, то есть около 44% годовой суммы пришло из единственного инцидента. Топ-3 взлома того года дают 69% всех потерь сервисов. Из этого легко сделать неверный вывод: «крупные события редки, значит риск невелик». Данные Immunefi показывают обратную сторону: медианный взлом 2024–2025 годов — $2,2 млн, а средний — $24,45 млн. Разрыв больше чем в 11 раз означает, что типичный инцидент мелкий и частый, а среднее вытянуто наверх несколькими гигантами. Вкладчик, представляющий себе взлом как редкую катастрофу, недооценивает именно частую мелочь — а она и обнуляет отдельные позиции.

#1Фьючерсы#2Спот#3Акции и TradFi

Binance · Wall Street 24/7Турниры Binance: призы за торговлюПризыВсе актуальные турниры и акции Binance с условиями — на одной страницеСмотреть турниры

Ещё одна поправка к интуиции: DeFi ломают чаще, чем биржи, просто дешевле. За два года на централизованные площадки пришлось 20 инцидентов из 191, но 54,6% украденной суммы; на DeFi и прочие цели — 171 инцидент, то есть примерно 89,5% всех случаев, и 45,4% суммы. Класс протокола при этом не важен: обнуляются и лендинги, и децентрализованные биржи, и вольты-надстройки над ними.

Вывод прибыли из DeFi: $2,52 за блокчейн и до 9 590 грн разницы на тех же $5 000

Портфель DeFi-стратегий: корреляция 0,54 и доходность 4,19% годовых

Портфель DeFi: два маршрута — 3,80% при просадке 4,9% и 5,15% при 28,5%

Проверка DeFi-протокола перед депозитом: аудит, ключи и прогон на Aave и Drift

Гривна в DeFi: P2P, вывод USDT в сеть и первая транзакция без лишних потерь

Дальше урок разбирает четыре разных «худших сценария», считает порог окупаемости риска, оценивает частоту провалов по фактическим данным и переводит всё это в долю капитала.

Четыре слоя худшего сценария: от взлома протокола до заморозки вывода

«Потерять всё» — не одно событие, а четыре разных по механике и по обратимости. Смешивать их вредно: только первый слой действительно обнуляет позицию, и именно от него считается размер.

Разница принципиальная. Ликвидация — это плата за собственное плечо, и вкладчик управляет ею напрямую; депег обычно оставляет часть стоимости; заморозка съедает время и нервы. И только первый слой оставляет ноль. Поэтому формулы дальше построены на бинарной модели «либо позиция дожила, либо от неё ничего не осталось» — сознательное упрощение, которое даёт консервативную оценку.

Стандарт Enterprise Ethereum Alliance описывает связанный дефект прямо: многие системы DeFi, особенно децентрализованные площадки кредитования, полагаются на распределение риска между множеством участников как на способ его снизить, но «в ситуации, когда риск распределён слишком узко, эта стратегия сама становится системным риском». То есть механизм защиты и механизм заражения — один и тот же.

Сколько APY нужно, чтобы окупить вероятность потерять всё

Возьмём простую модель. Позиция живёт горизонт T лет. С вероятностью p за год протокол обнуляется — тогда вкладчик получает ноль. Если протокол дожил до конца горизонта, вкладчик забирает тело плюс простую доходность APY за каждый год. Вопрос: при какой ставке ожидаемый итог равен вложенному?

Условие безубыточности даёт формулу:

Binance · Wall Street 24/7А если бы вы купили золото летом?+? %Тренажёр на реальных ценах Binance покажет результат. Без денег и регистрации

GOLDNVDATSLA

Открыть тренажёр

APY_безубыт(p, T) = [(1 − p)^(−T) − 1] / T

Числа по ней получаются такими (в процентах годовых):

Читается таблица так: если вы оцениваете вероятность полной потери в 5% в год и держите позицию пять лет, ставка ниже 5,85% годовых означает, что вы принимаете риск бесплатно — точнее, доплачиваете за него. Всё сверх этой цифры и есть настоящая премия за риск, а не «доходность». Никакой оптимальной ставки таблица не называет: она называет пол, ниже которого арифметика перестаёт сходиться при ваших же допущениях.

Математическая база у такого подхода известна: критерий Келли определяет долю капитала на ставку как f = p/l − q/g, а при полной потере ставки (l = 1, «типично для азартных игр») сводится к f = p − q/g. Но применять его в DeFi буквально нельзя, и причину называет сам первоисточник: критерий «строго верен только при полностью известных вероятностях исхода, что почти никогда не так для инвестиций», а переоценка шансов на успех «увеличивает риск разорения» относительно расчётного оптимума. У отдельно взятого протокола надёжной индивидуальной вероятности нет — есть только групповая частота, и об этом следующий раздел.

Почему 5% риска в год — это 22,6% шанс потерять всё за пять лет

Вторая формула — совокупная вероятность хотя бы одного обнуления за T лет при постоянной годовой p:

P_T = 1 − (1 − p)^T

У формулы два явных допущения, и назвать их обязательно: годовая вероятность p постоянна по годам, а сами годы считаются независимыми — исход одного года не влияет на следующий. В жизни оба допущения нарушаются в обе стороны: протокол взрослеет и проходит аудиты, но одновременно накапливает интеграции и чужие зависимости, а рыночные шоки бьют по годам совсем не равномерно. Таблица поэтому не прогноз, а способ увидеть форму зависимости.

И форма эта — самое неудобное место всей методики. Логика «просто подержу подольше, ставка же капает» молча предполагает, что риск за время держания не накапливается. Он не растёт по годам — но складывается по горизонту. Скромные на вид 5% в год к пятому году дают 22,6%: почти каждый четвёртый сценарий заканчивается полной потерей этой позиции хотя бы один раз. При 10% годовых за пять лет вероятность достигает почти 41%, то есть исход «всё сгорело» становится сопоставим по частоте с исходом «всё в порядке».

Практический вывод не в том, что длинный горизонт плох. Он в том, что горизонт — такой же параметр размера позиции, как и сама сумма. Планируя пять лет, размер считают по пятилетней строке таблицы, а не по годовой. Если позиция входит только в годовую строку, значит, срок пересмотра назначают явно — как это делать, разобрано в разделе о сигналах пересмотра.

Оценка вероятности провала протокола по данным о взломах

Ни одна из формул выше не работает без числа p. Готового значения не существует — но нижнюю границу можно посчитать по открытым данным, и это редкий случай, когда полезнее считать самому, чем искать чужую оценку.

Методика простая и воспроизводимая. Числитель — реестр инцидентов DeFiLlama: за окно с 1 января 2025 по 5 ноября 2026 года в нём 477 записей, из них 237 привязаны к протоколу, у которого DeFiLlama отслеживает TVL, — это 220 уникальных протоколов. Суммарный убыток по всем 477 инцидентам — $11,49 млрд, но больше половины этой суммы, $6,36 млрд, — одна запись: взлом Binance 29 октября 2026 года, крупнейшая криптокража в истории по оценке TRM Labs; около $2,7 млрд украденного заморозили в первые часы. На календарный 2025 год приходится 148 инцидентов на $2,72 млрд. Знаменатель — снимок протоколов по TVL на 5 ноября 2026 года: из 8943 отслеживаемых протоколов $10 млн и выше держат 634, $50 млн и выше — 339, $100 млн и выше — 241.

Дальше — пересечение множеств: сколько протоколов группы попали в реестр инцидентов. Долю за окно приводим к году делением на 1,85 (22 месяца).

Порядок величины — единицы процентов в год, и он же объясняет, почему таблица безубыточности начинается с 1% и заканчивается 10%: реальный диапазон лежит внутри.

Оговорка, без которой эти числа врут. Знаменатель построен по TVL протоколов на дату снимка — 5 ноября 2026 года. Протокол, чей TVL после взлома рухнул ниже порога или обнулился, выпадает и из числителя, и из знаменателя — его просто нет в снимке. Значит, самые разрушительные случаи учтены не полностью, и настоящая частота выше расчётной, особенно у протоколов, которые уже теряют TVL. Кроме того, это частота по группе, а не вероятность конкретного протокола: 4,93% в год — характеристика класса «протоколы с TVL от $100 млн», а не прогноз для того адреса, куда вы собираетесь положить деньги. И ещё одна деталь: DeFiLlama ведёт централизованные биржи в одном списке с протоколами, поэтому они есть и в группе от $100 млн (32 из 241), и среди пострадавших (6 из 22). Без бирж выходит 16 из 209, то есть около 4,14% в год. Пользоваться этим числом корректно как отправной точкой, которую вы затем двигаете вверх или вниз по своим соображениям, а не как готовым ответом.

Чего оценка вероятности взлома не видит: четыре риска мимо неё

У любой оценки есть периметр. У этой он узкий, и границы честнее назвать вслух.

1. Выжившие искажают картину. Смещение оценки вниз описано выше и не лечится внутри самой методики — только запасом в размере позиции.
2. Потери без взлома в реестр не попадают. Аудиторы MixBytes прямо называют неправильную настройку оракула самой частой первопричиной потерь кураторов вольтов в 2025–2026 годах, а суммарный счёт таких историй — сотни миллионов долларов плохого долга, возникшего на уровне, который не покрывает ни один аудит смарт-контракта. Формально это не взлом, для вкладчика — те же потерянные деньги.
3. Депег и заморозка живут отдельно. Слои со второго по четвёртый в реестр инцидентов почти не попадают, а по деньгам бывают сопоставимы с эксплойтом. Сюда же относятся атаки на цепочку поставок: подменённый пакет во фронтенде не отражается в статистике взломов контрактов, но опустошает кошельки.
4. Точность оценки завышена по построению. Критерий Келли требует известных вероятностей, а у нас групповая частота с неустранимым смещением. По логике самого критерия ошибка в сторону оптимизма повышает риск разорения, поэтому неопределённость закладывают в меньшую позицию, а не в более смелую ставку.

Ни один из четырёх пунктов не отменяет расчёт. Все четыре означают одно: полученное p — нижняя граница, и запас нужен именно там, где методика молчит.

Какая доля капитала на один протокол разумна

Здесь начинается перевод вероятности в деньги. Базовая арифметика тривиальна, но её редко проговаривают: при полном обнулении позиции просадка всего портфеля равна доле этой позиции.

Тождество верно при одном условии: остальной портфель не завязан на тот же источник риска. Если завязан — реальная просадка окажется больше суммы номинальных долей, и об этом следующий раздел.

Вопрос «сколько это в процентах» решает читатель, но полезно знать, сколько разрешают себе стороны с формальными обязательствами.

Базельский комитет закрепил лимит 25% Tier 1 на одного контрагента в финальном стандарте 2014 года, действующем с 1 января 2019-го; для пары глобальных системно значимых банков планка жёстче — 15%. Обзор проекта 2013 года давал тот же общий лимит и диапазон 10–15% для сублимита, окончательная версия зафиксировала 15%.

Ориентир MixBytes читается иначе, и путать их нельзя. Рекомендация «максимальное доминирование ниже 25–30% совокупного предложения любого рынка» адресована куратору вольта, то есть стороне предложения: если вольт занимает 50%, 70%, а иногда и свыше 90% ликвидности одного рынка, выйти из позиции физически невозможно без обвала ставок и цен. Это ограничение по ликвидности чужих денег, а не рекомендация частному вкладчику держать в протоколе до 30% личного капитала. Совпадение чисел здесь случайное, и конкуренты его регулярно смешивают.

Любопытно другое: банковский лимит на контрагента и потолок доминирования вольта — это один и тот же структурный приём, лимит концентрации на единственный источник риска. Разница в том, что в банке он записан в регламент и проверяется надзором, а в DeFi существует только в голове того, кто принимает решение. Формального механизма, который остановил бы вкладчика на любой доле, не существует.

Корреляция позиций: один оракул, эмитент, куратор — одна ставка

Самая дорогая ошибка размера позиции — не большая доля, а несколько долей, которые считались независимыми и не были ими. Позиции в трёх разных протоколах выглядят как диверсификация, пока у них не обнаруживается общий слой.

Два датированных примера показывают, чем это оборачивается в деньгах.

Депег DAI, март 2023 года. В рухнувшем Silicon Valley Bank застряли $3,3 млрд резервов USDC — менее 8% совокупных резервов эмитента, но этого хватило: USDC потерял паритет, и следом до $0,88 упал DAI, формально независимый стейблкоин другого эмитента. Причина видна в структуре обеспечения: на момент кризиса USDC составлял 51,87% залога DAI на сумму $4,42 млрд (независимый источник даёт близкую оценку около 50%). Паритет восстановился примерно за 48 часов, а долю USDC в резервах потом снизили до 8%. Держатель обоих активов считал, что распределил риск между двумя стейблкоинами; фактически у него была одна позиция.

Взлом Euler Finance, 13 марта 2023 года. Атака через флэш-лоан на функцию пожертвования в резерв стоила самому протоколу $197 млн (другой источник даёт «свыше $196 млн»). Но пострадали и те, кто Euler не выбирал: как минимум 11 других протоколов держали там резервы и потеряли суммарно $37,6 млн — Angle Protocol около $17,6 млн, Idle Finance около $5,9 млн, Yearn Finance около $1,5 млн. Итог по экосистеме — примерно $233 млн. Вкладчик Angle не принимал решения о размещении в Euler и не мог увидеть эту зависимость на витрине.

Оракул — самый незаметный из общих слоёв. Один фид способен стать единой точкой отказа сразу для ценообразования и риск-проверок нескольких протоколов, причём отказ приходится ровно на момент высокой волатильности, когда «торговля и риск-контроли могут отключиться одновременно именно тогда, когда они нужнее всего». Как именно ломается цена и что происходит с позициями, разобрано отдельно в материале про манипуляцию ценой оракула.

Есть и менее очевидный канал корреляции — алгоритмический. Автоматические аллокаторы вольтов реагируют на общий сигнал одинаково: инцидент выше по стеку поднимает видимую ставку в проблемном рынке, и капитал заезжает туда сам, без решения человека. Локальная проблема одного рынка становится системной для всего вольта именно из-за автоматики.

Практический перевод в правило размера: доли складывают не по названиям протоколов, а по источникам риска. Если два вклада зависят от одного оракула, одного эмитента или одного куратора, для расчёта просадки это одна позиция с суммарной долей. Рыночный режим тут тоже работает против диверсификации: в фазах ухода от риска корреляции растут, а не падают — этот эффект разобран в материале о том, как определить режим рынка risk-on/risk-off.

Когда пересматривать размер уже открытой позиции: пять сигналов

Размер — не разовое решение. Он назначается при входе и пересматривается по событиям, а не по настроению.

1. Доля вольта или пула в одном рынке перевалила за 25–30% предложения. Ориентир взят у аудиторов и означает, что выход из позиции перестал быть бесплатным: крупный вывод сам двинет ставки и цену.
2. Сменился куратор, оракул или параметры риска. Меняется не витрина, а всё содержимое решения, на котором вы считали свою p. Прежняя оценка к новому набору параметров не относится.
3. В том же вольте или пуле появился плохой долг — пусть и в чужом рынке. Убыток в соседнем рынке распределяется по общей книге; ваш рынок может быть цел, а доля в вольте уже стоит меньше.
4. TVL протокола ушёл ниже порога, на котором вы считали частоту. Оценка p привязана к группе по размеру. Протокол, выпавший из группы «от $100 млн», больше не описывается её статистикой — и по построению методики выпадает как раз в сторону худших исходов. Куда и почему уходит ликвидность из протоколов, разобрано отдельно в материале про отток TVL в DeFi.
5. Истёк горизонт T, под который считалась допустимая вероятность. Продление срока без пересчёта — это молчаливый переход на другую строку таблицы совокупного риска. Отдельный повод для пересмотра — рост плеча в системе вокруг вас: как фандинг и каскад ликвидаций превращают макро-шок в цепную реакцию, описано отдельно.

Чек-лист: личный лимит на один протокол за пять шагов

1. Назначьте приемлемую просадку всего портфеля от одного события обнуления. Это и есть верхняя граница доли позиции: тождество «доля равна просадке» переводит ответ прямо в проценты капитала. Число выбираете вы — методика его не подсказывает.
2. Возьмите отправную p по размеру протокола. Для группы «TVL от $100 млн» это ≈4,93% в год для любого взлома и ≈3,14% для материального убытка на 5 ноября 2026 года. Помните, что обе цифры — нижняя граница, и запас закладывается сразу.
3. Проверьте, не обнуляет ли эту позицию тот же случай, что уже есть в портфеле. Общий оракул, эмитент стейблкоина, куратор, сеть или протокол-хранилище резервов означают, что позиции складываются в одну долю, а не диверсифицируют друг друга.
4. Сверьте ставку с таблицей безубыточности на своём горизонте. Ставка ниже порога из третьего раздела означает, что риск оплачивается из вашего кармана. Ставка выше — премия, размер которой вы теперь видите в цифрах.
5. Назначьте событие или дату пересмотра. Любой из пяти сигналов выше, а если ни один не сработал — календарная дата, привязанная к горизонту T, под который считалась вероятность.

Первым устареет содержимое второго шага: частота взломов и снимок TVL меняются каждый месяц, и пересчитать их можно самостоятельно по тем же двум открытым эндпоинтам DeFiLlama. Формулы из третьего и четвёртого разделов не устаревают — меняются только подставляемые в них числа.

FAQ

Сколько процентов портфеля разумно держать в одном DeFi-протоколе? Универсального числа нет, и любой конкретный процент был бы выдумкой. Методика даёт способ получить своё: доля позиции равна просадке портфеля при её обнулении, поэтому сначала выбирается приемлемая просадка от одного события, и она же становится верхней границей доли. Для сравнения: банкам Базельский стандарт разрешает не больше 25% капитала первого уровня на одного контрагента, а между системно значимыми банками — 15%.

Если протокол застрахован, можно ли увеличивать размер позиции? Покрытие меняет исход только в тех сценариях, которые оно описывает, и только на сумму лимита. В расчёте это не «риска нет», а уменьшённый убыток при наступлении страхового случая — плюс стоимость самого покрытия, вычитаемая из доходности. Окупаемость страховки считается отдельно и по своим формулам; для размера позиции важно, что незастрахованный остаток и события вне покрытия остаются в полном объёме.

Считается ли ликвидация в лендинге тем же риском, что взлом протокола? Нет, это разные слои. Ликвидация наступает по цене залога и управляется самим заёмщиком через запас по здоровью позиции; она предсказуема и обычно оставляет часть капитала. Взлом обнуляет позицию целиком и от действий вкладчика не зависит вовсе. В расчёте размера участвует именно второй сценарий, поэтому модель здесь бинарная: либо позиция дожила, либо от неё не осталось ничего.

Защищает ли распределение денег между двумя протоколами, если оба используют один оракул? Нет. Общий фид цены — единая точка отказа для ценообразования и риск-проверок обоих протоколов, и отказывает он в момент высокой волатильности, когда защита нужнее всего. Для расчёта просадки такие позиции складываются в одну долю. Проверять надо не бренды, а слои: адрес оракула, эмитента обеспечения, куратора и сеть.

Почему высокий APY сам по себе не повод увеличивать долю позиции? Потому что ставка описывает вознаграждение, а не вероятность обнуления, и часто растёт как раз там, где риск выше: тонкая ликвидность, новый залог, нестандартный маршрут оракула. Порядок действий обратный: оценивается вероятность полной потери, из неё берётся порог безубыточности, и уже он сравнивается со ставкой. Всё, что выше порога, — премия за риск, всё, что ниже, — скидка, которую вы даёте протоколу.