Доходность RWA против DeFi: 3,47% у токенизированных векселей и 4,87% у рынка

Коротко (TL;DR)

Кэрри (carry) — это доход от простого удержания позиции: разница между тем, что платит актив, и тем, что стоят деньги, на которые он куплен. Долларовое кэрри сегодня собирают из двух источников. Первый — токенизированные госбумаги США: доли фонда, который держит короткие казначейские векселя, записаны как токен в блокчейне. Их относят к классу RWA (real world assets, «реальные активы»). Второй — ставка внутри DeFi: её платит заёмщик, который берёт доллар под залог криптоактива, или покупатель плеча на бирже бессрочных контрактов.

Все ставки ниже — на 30 августа 2026 года; доходность 13-недельного векселя США — на 28 августа 2026 года, последний торговый день перед снимком.

• Обёртка стоит 36 базисных пунктов. Сама бумага платит 3,83% купонного эквивалента, а средневзвешенная по объёму доходность 29 токенизированных фондов — 3,472%. Разница 0,358 процентного пункта вычитается до всякого разговора о риске.
• Половина «стороны DeFi» — это переупакованная сторона RWA. На sUSDS приходится 51,5% долларовой корзины по деньгам, его ставку назначает голосование держателей SKY, и на 60–70% она финансируется теми же короткими векселями США (данные за II квартал 2026 года).
• Премия за риск оплачена примерно на две трети. Рыночная часть корзины DeFi даёт 4,867%, премия над векселем — 1,037 п. п.; годовая ставка потерь от эксплойтов — 1,520% капитала. Деление даёт 0,68 п. п. премии на каждый процентный пункт ожидаемых потерь.
• У RWA такого знаменателя нет вообще. За 2026 год в публичном реестре взломов ровно один инцидент с меткой RWA на 456 442 доллара. Это значит «нечем мерить», а не «риска нет»: риск обёртки живёт офчейн и в ончейн-статистику не попадает по построению.
• Кэрри с плечом на токенизированном векселе сегодня отрицательное. Заёмный доллар в Morpho стоит 4,658% годовых, поэтому луп 5× при LTV 80% даёт −0,882% на USDY. Полтора месяца назад тот же расчёт на тогдашних ставках давал плюс.
• Ликвидность обеих сторон ограничена по-разному. В лендинге прямо сейчас свободно 13,0% предложенных денег, у токенизированного фонда выкуп круглосуточный — но только для прошедших онбординг и от 5 000 долларов за операцию.

Кэрри на RWA и кэрри в DeFi: две ставки и два разных плательщика

Слово «кэрри» пришло из валютного рынка, где им называют доход от займа в дешёвой валюте и вложения в дорогую. Механика распада такой конструкции разобрана отдельно — на примере йенового carry-trade и разворота политики Японии. В ончейне слово означает то же самое арифметически, но плательщик другой, и именно с плательщика полезно начинать.

Этот разбор — урок блока «Профи: тяжёлые стратегии» курса «DeFi: от первой транзакции до профи-стратегий».

доля, а не целая акция

Binance · Wall Street 24/7Доля Nvidia — от7 USDTЦелую акцию покупать не нужно. Начните с маленькой суммы — риск под контролем

NVDATSLAAAPL

Первая сделка за 5 шагов

У токенизированной госбумаги платит Минфин США: купон векселя приходит в фонд, фонд отдаёт его держателям долей за вычетом своих издержек. Между деньгами и вами стоит цепочка — эмитент токена, фонд-подложка, кастодиан, трансфер-агент. У доходности DeFi платит заёмщик: он берёт стейблкоин под залог и платит ставку, которую задаёт кривая утилизации (чем меньше свободных денег в пуле, тем дороже заём). У доходных стейблкоинов вроде sUSDe плательщиком выступает покупатель плеча через фандинг бессрочных контрактов. Что такое стейблкоин и где он ломается — в отдельном разборе про цифровой доллар и его привязку.

DeBank, Zapper, Nansen и Arkham: что каждый показывает и что скрывает

Nexus Mutual: премия 0,89% годовых окупается при риске потери 0,937%

PT-looping на Morpho: как $320 тыс. снесли $36 млн за 14 минут

Займы Coinbase под залог биткоина: $2,3 млрд выдач и ликвидация при LTV 86%

Вольт HLP на Hyperliquid: TVL упал на 69% за год, а PnL почти не двинулся

Разговор «где выше» стал возможен только в 2026 году. Ещё недавно дельта-нейтральные стратегии перекрывали любую госбумагу с запасом: по официальному API Ethena средняя доходность стейкинга sUSDe с запуска протокола — 10,6203%, а за последние 90 дней (снимок на 26 августа 2026 года) — 3,9337%. Наш собственный расчёт по ряду DefiLlama за то же окно даёт 4,052%: две методики расходятся на 0,12 п. п., и обе цифры честнее одного усреднённого числа. Когда доход сжимается втрое, вопрос «а достаточно ли мне за этот риск платят» перестаёт быть теоретическим.

Токенизированный вексель платит 3,47% против 3,83% у самой бумаги

Первое, что нужно зафиксировать, — базу сравнения. Минфин США публикует две колонки по одному и тому же 13-недельному векселю: банковский дисконт и купонный эквивалент. Для сравнения с любой годовой ставкой годится вторая, потому что она приведена к обычному годовому счёту. В ежедневной выгрузке ставок казначейских векселей на 28 августа 2026 года стоит 3,74% банковского дисконта и 3,83% купонного эквивалента. Дальше в тексте база — 3,83%.

Теперь сторона токенов. Мы взяли сырую выгрузку пулов DefiLlama от 30 августа 2026 года, отобрали 29 пулов пяти эмитентов и посчитали среднюю, взвешенную по объёму, а не простую: сумма (объём × ставка) делится на сумму объёмов. Получилось 3,472% при суммарном объёме 6,320 млрд долларов. Простая средняя по пулам дала бы 3,418%, но она приравнивает фонд на 21 млн долларов к фонду на миллиард, поэтому в текст не идёт.

Разность базы и обёртки — 0,358 процентного пункта, то есть 36 базисных пунктов. Это цена упаковки: держатель токена систематически получает меньше держателя самой бумаги. На 10 000 долларов за год разница составляет 35,80 доллара, и она не зависит ни от одного риска — просто вычитается. Линейку самих инструментов, минимальные суммы и порядок допуска мы разбирали отдельно, в обзоре токенизированных облигаций и недвижимости; крупнейшего эмитента этой линейки — в разборе Ondo Finance.

Разброс внутри класса — от 3,105% до 3,589% — объясняется тремя вещами. Первая: комиссия управления. У OUSG она составляет 0,15%, но освобождена до 1 января 2027 года, то есть наблюдаемые 3,32% уже включают льготу и после этой даты станут ниже. Вторая: состав подложки и доля денег, лежащих в банковских депозитах вместо бумаг. Третья: сеть и класс долей — один и тот же BUIDL в трёх сетях на 30 августа 2026 года показывает 3,247%, 3,557% и 3,589%.

Стоит отдельно назвать расхождение с топовым материалом англоязычной выдачи. Там для тех же двух величин взяты 3,73% у векселя и 3,28% у обёрток, а разница названа в 45 базисных пунктов. Метод тот же, исходные цифры другие: мы считали купонный эквивалент из первичной выгрузки Минфина и взвешенную по объёму ставку из сырых данных, а не с витрины-агрегатора. Обе пары приводим как есть, среднее между ними не берём.

WTIBRENT

Binance · Wall Street 24/7Новости двигают нефтьWTI · BrentРеагируйте сразу: нефть на Binance торгуется круглосуточно

WTIBRENTGAS

Цена нефти сейчас

Половина денег DeFi стоит на ставке, назначенной голосованием

Со стороной DeFi возникает проблема, которую не заметил ни один материал выдачи. Соберём долларовую корзину так же честно: пять крупнейших площадок Ethereum, ставка без наград собственным токеном (иначе в доходность попадёт эмиссия, а не реальный платёж заёмщика), взвешивание по объёму.

Средневзвешенная 4,173% даёт премию 0,700 п. п. над обёртками и всего 0,343 п. п. над самим векселем. Именно эта скромная цифра и кочует по обзорам как «премия DeFi». Но больше половины корзины по деньгам — это sUSDS, а его ставка устроена принципиально иначе, чем у соседей по таблице. Sky Savings Rate не выторговывается на рынке: она назначается голосованием держателей токена SKY и стоит на назначенном значении до следующего голосования. Разбор механики протокола прямо называет её нерыночной. Больше того, по данным за II квартал 2026 года на 60–70% эта выплата финансируется токенизированной экспозицией на короткие векселя США — то есть тем же самым активом, с которым мы её сравниваем. Предложение USDS — около 7,6 млрд долларов, примерно половина из него держится в sUSDS.

Из этого следует простая вещь: половину сравнения читатель сравнивает сам с собой. Уберём административную ставку и оставим четыре рыночные позиции — Aave v3 USDC, syrupUSDC, sUSDe (механику синтетического доллара мы разбирали в обзоре Ethena, USDe и ENA) и Fluid USDC. Взвешенная ставка по ним — 4,867% при объёме 4,422 млрд долларов. Премия над обёртками вырастает с 0,700 до 1,395 п. п., над самим векселем — с 0,343 до 1,037 п. п.

Основание для исключения здесь не наше суждение о «правильных» и «неправильных» ставках, а прямая формулировка источника: ставка назначается, а не складывается из спроса. Дальше в тексте под «рыночной корзиной DeFi» имеются в виду именно эти четыре позиции и 4,867%.

Волатильность ставки как знаменатель ломается: у USDY она равна нулю

Самый ходовой способ посчитать риск-скорректированную доходность — поделить ставку на её собственную волатильность. Возьмём 90 дней, окно с 2 июня по 30 августа 2026 года, и посчитаем стандартное отклонение ставки (σ) по сырым рядам, а не по готовому полю витрины.

Рейтинг выглядит убедительно и ведёт себя ровно наоборот здравому смыслу. На первом месте USDY, у которого ставка не сдвинулась ни разу: 3,550% в каждой из 90 точек ряда. На четвёртом — sUSDS, ставка которого, как мы выяснили выше, назначается голосованием. То есть метрика поднимает наверх ровно те две ставки, которые не выторговываются, а объявляются. Она меряет частоту переоценки, а не вероятность потерять тело, и потому вознаграждает непрозрачность.

Показательна и мелочь: в тот же день, когда агрегатор отдаёт по USDY 3,55%, витрина самого эмитента показывает 3,60%. Расхождение в 0,05 п. п. между двумя витринами одного инструмента — прямое свидетельство того, что цифра назначается вручную, а не считывается с рынка.

Независимая критика такого знаменателя есть и внутри отрасли. Практик, ведущий доходные вольты, пишет прямо: коэффициенты Шарпа и Сортино льстят всем подряд, потому что цена доли растёт по построению, а околонулевая просадка отражает тихий период, а не доказанную устойчивость — «52 дня спокойствия не доказательство». Вывод для читателя: σ ставки — это характеристика поведения витрины, а не мера того, чем вы рискуете. Знаменатель нужен другой.

Доходность на единицу риска: 0,68 премии на 1 п. п. потерь

Во всей выдаче по теме словосочетание «risk-adjusted» стоит в заголовках, и ни в одном материале нет ни одного деления. Сделаем его и назовём знаменатель вслух: годовая ставка потерь класса от эксплойтов, выраженная в процентах от капитала.

Считаем по публичному реестру взломов. С 1 января по 30 августа 2026 года у целей типа DeFi Protocol и Liquidity Pool зафиксировано 172 инцидента, украдено 1 023,8 млн долларов, возвращено 1,9 млн — чистые потери 1 021,9 млн за 242 дня. В годовом выражении это 1 541,3 млн. Знаменатель — средний размер класса: TVL всего DeFi составлял 114,49 млрд долларов на 1 января 2026 года и 88,32 млрд на 30 августа, среднее 101,41 млрд. Итого 1,520% капитала в год. Для контроля тот же расчёт по 2025 году даёт 117 инцидентов у DeFi-протоколов и 756,1 млн украденного при 47,0 млн возвращённых.

Числитель мы получили в предыдущем разделе: премия рыночной корзины DeFi над векселем — 1,037 п. п. Деление даёт 0,68.

Читать это надо буквально: на каждый процентный пункт ожидаемых потерь рынок платит 0,68 процентного пункта премии. Число меньше единицы, и это не вывод «DeFi выгоднее» — это вывод «за риск недоплачивают». А если оставить в корзине административную ставку sUSDS, показатель падает до 0,23, потому что премия сжимается втрое.

У токенизированных обёрток строка пустая с двух сторон. Премия отрицательная: за упаковку доплачивает вкладчик. И знаменателя нет — за 2026 год в реестре ровно один инцидент с меткой RWA, Aurellion от 12 мая 2026 года на 456 442 доллара. Пустая клетка означает «нечем мерить», а не «риска нет». Риск токенизированной госбумаги живёт офчейн: в платёжеспособности эмитента, в решениях кастодиана, в юрисдикционном фильтре, в праве администратора приостановить выкуп. Ончейн-статистика такие события не регистрирует по построению, поэтому сравнивать 1,520% с пустотой нельзя.

Ограничения метрики стоит перечислить прямо, иначе она превратится в такую же витринную цифру, как σ.

• Считаются только публично зафиксированные эксплойты. Кредитные потери в них не входят: по 416 рынкам Morpho на Ethereum с осмысленной ставкой предложено 2,505 млрд долларов, текущий непокрытый плохой долг — 0,00 млн, реализованный — 0,06 млн, то есть 0,002% предложенного. Замер сделан по сети Ethereum и по рынкам со ставкой ниже 50%, каскад кураторских вольтов ноября 2025 года в него не попадает.
• Знаменатель усредняет весь класс. Ваш конкретный пул может быть в разы безопаснее или в разы опаснее среднего: два крупнейших инцидента 2026 года — Drift Trade на 295,0 млн долларов (1 апреля) и Kelp на 293,0 млн (18 апреля) — дали больше половины всех чистых потерь.
• Внутри ярлыка RWA лежат разные подклассы. Токенизированная госбумага и частный кредит — не одно и то же. Goldfinch выдал около 100 млн долларов кредитов с 2021 года; на момент сворачивания непогашенными оставались около 56 млн у восьми заёмщиков, двое в дефолте, шесть в реструктуризации. Обещанная доходность 8–15% не была получена, один вкладчик за три года вернул 30% тела, кредит Stratos на 20 млн списан на 7 млн, токен GFI ниже пика 2022 года на 99,8% (данные на 18 августа 2026 года). Класть частный кредит и вексель в одну строку таблицы нельзя.

Выйти сегодня может 13% денег лендинга, из фонда — по вайтлисту

«В DeFi выход мгновенный, в RWA — T+1» — эта формулировка кочует из обзора в обзор без единого числа. Посчитаем.

Со стороны DeFi выход упирается в очередь заёмщиков: забрать можно только то, что не занято. По 24 здоровым рынкам Morpho на Ethereum размером от 20 млн долларов предложено 2 000,5 млн, а свободной ликвидности — 261,0 млн. Это 13,0% капитала. На крупнейших рынках доля ещё ниже: USDC под залог cbBTC — 9,8%, PYUSD под sUSDe — 9,2%, RLUSD под weETH — 9,5%. Утилизация около 90% — не особенность одной площадки: у Aave v3 при 2,18 млрд долларов предложенных она равна 91,7%.

Со стороны RWA скорость выкупа зависит не от очереди, а от списка допущенных. По документации OUSG выпуск и выкуп идут круглосуточно, 24/7/365, за USDC или PYUSD, но минимальная сумма мгновенной операции — 5 000 долларов и на вход, и на выход, а инвестировать может только тот, кто прошёл онбординг в Qualified Access Funds. У крупнейшего фонда порог другого порядка: минимальный первый взнос в BUIDL — 5 000 000 долларов, предложение идёт по правилу 506(c) Securities Act, то есть только для аккредитованных инвесторов; администратор и кастодиан — BNY Mellon, трансфер-агент — Securitize.

Обе стороны честно говорят «выход быстрый», и обе оговорки разные. В лендинге вы выйдете первым или не выйдете вовсе; в фонде вы выйдете в любой момент, если вас туда вообще пустили.

Плечо 5× на токенизированном векселе даёт минус 0,88% годовых

Классический приём профессионала — зациклить надёжную ставку: купить актив, заложить его, занять доллар, докупить актив, повторить. Результат считается по формуле «доходность актива + (плечо − 1) × (доходность актива − ставка займа)». Формула не наша, её приводит отраслевой разбор кэрри; числа наши.

Ставку займа берём там, где её видно напрямую: крупнейший здоровый рынок Ethereum в Morpho — USDC под залог cbBTC при пороге ликвидации 86%. На 30 августа 2026 года вкладчику платят 4,194%, заёмщик платит 4,658%, утилизация 90,2%, предложено 333,1 млн долларов. Соседние рынки дают ту же картину: USDC под WBTC — 4,674% заёмщику, PYUSD под PRIME — 4,936%.

Подставляем плечо 5× при LTV 80%:

1. USDY: 3,550 + 4 × (3,550 − 4,658) = −0,882% годовых.
2. BUIDL: тот же расчёт на его ставке даёт −0,689%.
3. sUSDS: −1,032%.
4. syrupUSDC: +6,496% — но здесь знаменателем стоит кредитный риск заёмщиков пула, а не купон Минфина США.

Проверка формулы на числах первоисточника: при доходности 3,46% и ставке займа 3,97% она даёт 1,42% — ровно то, что публиковал автор разбора 8 августа 2026 года. Знак поменялся не из-за метода, а из-за ставки займа: она выросла с 3,97% до 4,658%, и конструкция ушла в минус. Комиссии сети и проскальзывание в формулу не входят, то есть фактический результат ещё хуже расчётного.

Отсюда же ответ на вопрос, почему токенизированные госбумаги почти не работают внутри DeFi. Из примерно 35 млрд долларов токенизированных RWA (оценка на июль 2026 года) в лендинге используется 2,5 млрд, утилизация фондов трежерис и денежного рынка — 5,5%, а всё плечо под RWA на всех площадках — около 700 млн долларов. Другая оценка того же явления даёт 7,4 млрд долларов депозитов RWA во II квартале 2026 года, но она считает широко — все площадки, включая DEX, а не только залог в лендинге. Цифры разные, вывод один: залогом работает тот капитал, который платит достаточно, чтобы окупить заём.

Спред при смене ставки ФРС: вексель подрос, а премия DeFi сжалась

Спред между двумя источниками процента не стоит на месте, и в 2026 году его края разъехались в разные стороны. Короткая ставка США не падала: в первой строке года, 2 января 2026 года, купонный эквивалент 13-недельного векселя равен 3,62%, на 28 августа — 3,83%, а весь диапазон за 166 торговых дней укладывается в 3,60–3,91%.

Механика расхождения простая. Ставка обёртки идёт за ФРС автоматически: под ней лежит вексель, и когда он платит больше, фонд платит больше. Ставка DeFi идёт за спросом на заёмный доллар, а спрос сжимается вместе с рынком: TVL упал на 22,9% за восемь месяцев. Премия DeFi уменьшилась не потому, что риск стал ниже, а потому, что желающих платить за плечо стало меньше. Куда именно уходит капитал из доходных стратегий и почему это ещё не сигнал — в разборе ротации капитала в крипте.

Отдельно про административные ставки. sUSDS и USDY двигаются не плавно, а рывками и с задержкой: у первой значение меняет голосование, у второй — решение эмитента. Практическое следствие: при развороте политики ФРС рыночные ставки в лендинге переоценятся в тот же день, а назначаемые — тогда, когда до них дойдут руки. В моменте это выглядит как «стабильность», хотя это просто лаг.

10 000 долларов за год: 355 у USDY против 502 у syrupUSDC

Переведём всю арифметику в деньги. Одна сумма, один срок, ставки на 30 августа 2026 года, расчёт простой: 10 000 умножить на ставку и разделить на 100.

Разрыв между лучшей практически доступной обёрткой (USDY, 355,00 доллара) и лучшей рыночной позицией DeFi (syrupUSDC, 502,60 доллара) — 147,60 доллара в год, то есть 1,476% тела. За эти 147,60 доллара вы принимаете на себя годовую ставку потерь класса в 1,520% капитала, то есть примерно 152 доллара ожидаемых потерь на ту же сумму. Это и есть содержание числа 0,68, только выраженное в валюте, а не в пунктах.

Все строки таблицы — верхняя граница. Комиссии сети, проскальзывание и налог в них не входят; свод налоговых правил меняется отдельно от ставок и в этот расчёт не заложен. Строка BUIDL приведена для полноты: с депозитом в 10 000 долларов войти в этот фонд нельзя, минимальный первый взнос в 500 раз выше.

Кто держит ваши деньги: пять сторон у RWA и четыре у DeFi

Полезнее считать не проценты, а участников: каждый из них может остановить движение ваших денег, и ни один не отражается в σ ставки.

Наглядный пример того, как это выглядит в документах. Витрина USDY на 30 августа 2026 года показывает: короткие госбумаги США — 97,79% портфеля, 2 145 742 584 доллара; доли USDY, выпущенные Ondo Stocks, — 2,19%; депозиты Silicon Valley Bank — менее 0,01%. Кастодианы и агенты — Stonex, Ankura, First Citizens Bank. Но документация того же эмитента допускает обеспечение не только самой бумагой, а и долями ETF iShares Short Treasury Bond либо банковскими депозитами до востребования. Для читателя важнее вторая формулировка: состав может измениться без его участия, и σ ставки этого не покажет.

Юрисдикционный фильтр — та же история. USDY закрыт для резидентов пятнадцати юрисдикций, среди которых США, Канада, Куба, КНДР, Иран и Сирия. Ещё в семи — Европейская экономическая зона, Великобритания, Швейцария, Сингапур, Гонконг, Малайзия, Бразилия — держать токен можно только со статусом профессионального или квалифицированного инвестора. Украины нет ни в одном из двух списков (документация эмитента, снимок на 30 августа 2026 года), но проверять этот перечень нужно на дату входа: он меняется решением эмитента, а не рынком.

И явная граница разбора: всё посчитанное выше — способ увидеть, за что именно вам платят премию и оплачена ли она, а не указание, куда класть деньги. Первым устареет то, что меняется ежедневно: ставка займа в лендинге, доля свободной ликвидности, доходность sUSDe и премия рыночной корзины. Ряд Минфина США и документы эмитентов обновляются медленнее, и сверять свои цифры удобнее по ним.

FAQ

Что такое кэрри применительно к RWA и чем оно отличается от валютного carry trade?

Кэрри — доход от удержания позиции: актив платит одну ставку, деньги на его покупку стоят другую, разница и есть кэрри. В валютном варианте занимают в дешёвой валюте и вкладывают в дорогую, и риск сидит в курсе. В варианте с RWA занимают стейблкоин под залог токенизированной госбумаги, и риск сидит в ставке займа и в допуске к самому фонду. Арифметика одна, источники убытка разные.

Почему токенизированный вексель платит меньше, чем сам вексель?

Потому что между купоном и держателем токена стоит цепочка платных участников: эмитент, фонд, кастодиан, трансфер-агент. Их издержки вычитаются из купона. Замер на 30 августа 2026 года: сам 13-недельный вексель даёт 3,83% купонного эквивалента, а средневзвешенная доходность 29 токенизированных фондов — 3,472%. Разница 36 базисных пунктов и есть цена упаковки, она не зависит от рыночных условий.

Можно ли считать риск-скорректированную доходность по коэффициенту Шарпа для ончейн-ставок?

Практической пользы мало. Знаменателем там стоит волатильность самой ставки, а она у назначаемых ставок близка к нулю по построению: у USDY за 90 дней до 30 августа 2026 года σ равна 0,0000, ставка не менялась ни разу. Метрика поднимает наверх инструменты, где цифру объявляют, и наказывает те, где её выторговывает рынок. Она описывает поведение витрины, а не вероятность потерять тело.

Что быстрее вывести: позицию в лендинге DeFi или токенизированный фонд?

Зависит от того, кто вы. В лендинге на 30 августа 2026 года по 24 рынкам Morpho свободно 13,0% предложенных денег, на крупнейших — 9–12%: выходит тот, кто успел. У токенизированного фонда выкуп бывает круглосуточным, у OUSG он идёт 24/7/365, но требует пройденного онбординга и минимум 5 000 долларов на операцию. Быстро — и там, и там, только ограничения разные.

Почему кэрри с плечом на токенизированных госбумагах сейчас отрицательное?

Потому что заёмный доллар стоит дороже, чем платит бумага. На 30 августа 2026 года ставка займа USDC под залог cbBTC в Morpho — 4,658% годовых, а обёртки платят 3,105–3,589%. При плече 5× и LTV 80% расчёт для USDY даёт −0,882% годовых. Полтора месяца назад та же формула на ставке займа 3,97% давала плюс 1,42% — изменилась цена заёмных денег, не метод.

Что произойдёт со спредом между RWA и DeFi, если ФРС начнёт снижать ставку?

Ставка обёртки пойдёт вниз почти сразу: под ней лежит короткий вексель, и он переоценивается неделями. Ставка в лендинге зависит не от ФРС, а от спроса на заёмный доллар — она может и вырасти, если дешёвые деньги вернут спрос на плечо. Направление спреда поэтому не предопределено. В 2026 году короткая ставка не падала: 3,62% в январе против 3,83% в конце августа.

Доступны ли токенизированные фонды госдолга США жителю Украины?

По документации Ondo Украины нет ни в списке запрещённых юрисдикций USDY, ни в списке стран, где нужен статус профессионального инвестора (снимок на 30 августа 2026 года). Это не означает автоматического доступа: требуется пройти проверку эмитента и попасть в вайтлист адресов, а у фондов уровня BUIDL минимальный вход составляет 5 000 000 долларов. Списки меняются решением эмитента, поэтому проверять их нужно на дату входа.